по количеству мусора на подступах к стадиону, здесь прошло немало народа. Да и количество полицаев на входах говорило о том же… черт возьми, какие каламбуры мы потеряли, когда переименовали своих милиционеров-ментов-мусоров в стандартных «полицейских». Но было тихо. – Что тут происходит? – спросил я Алишера. – Для спортивных соревнований – рановато. – Концерт, – коротко сказал Лас. – Слава Богу, что не футбол, – пробормотал я. – А что за группа? И почему выступают с утра, это что, детский утренник? – Почти что. Всероссийский молодежный конкурс новых исполнителей, финал. Всякие рок-группы из Перми и Екатеринбурга, артисты оригинального жанра из Калуги и Сыктывкара, частушечники с Урала… – Ну, тут много зрителей быть не может, – пожал я плечами. – Хотя зря ты с таким скепсисом, из Екатеринбурга вышла куча шикарных групп… – Кто-то додумался обеспечить артистам публику. Сюда нагнали школьников – тысяч двадцать, не меньше. А еще солдат – в качестве культурной программы, тысяч десять, не меньше. – Блин. – Я ускорил шаг. – Алишер, я пойду на контакт. Дай вводную и обеспечь взаимодействие с Дневными. Лас, подежурь среди школоты, если что – гаси всех вокруг «Морфеем». Семен… страхуй меня, хорошо? – Да вводной почти и нет… – Алишер поморщился. – Валентин Локтев, двадцать пять лет, четвертый уровень, не специализировался, обучался в нашей школе пять лет назад, в Дозор работать не пошел… В сознании всплыл посланный Алишером образ – молодой парень, чуть свернутый набок нос, лицо резкое, грубоватое, но не без какой-то породы и внутренней силы. – Спортсмен, что ли? – спросил я. – Кажется, припоминаю, видел в школе пару раз, когда лекции читал… – Спортсмен, – усмехнулся Алишер. – Шахматист! А что нос расплющен – так это последствие детско-юношеских драк. Паренек с окраины, из района, славящегося неформальными отношениями. – Ясно, – сказал я. Мы уже подошли к входу, и я взглядом выловил в толпе сотрудника Дневного Дозора – молодого вампира, одетого нарочито ярко и вызывающе. На вид парень был ровесником нашего шухарта, лет двадцати пяти. Вампир стоял, прислонившись к металлическим ограждениям возле входа, и грыз плитку гематогена. – Привет, Городецкий! – Он меня опознал безошибочно. У меня есть среди вампиров определенная репутация. Причем даже нельзя сказать, что дурная. Она такая… сложная. Но во всяком случае, они меня все знают. – Антон Городецкий, Ночной Дозор. – Я все-таки предпочел представиться официально, а не переходить на неформальный тон. – Что происходит? Вампир