Там довольно точно описаны все необходимые воздействия по ревоплощению сущностей. И без перехода спросил: – Вы некромант-теоретик? Эдгар улыбнулся шире: – Что вы! Я вообще никогда не занимался некромантией. Но вот заинтересовался… – Тогда вы правильно сделали, что приехали в Прагу. Здесь знают толк в некромантии, и специалистов сколько угодно… Но, к сожалению, все они остаются теоретиками, и вы прекрасно понимаете почему. Эдгар действительно понимал – почему. Потому что Инквизиция со времени подписания Договора давала санкцию на ревоплощение всего дважды, и оба раза временно. Трибуналу нужно было допросить свидетелей; иногда действительно возникает возможность вернуть развоплощенного Иного из сумрака. Этим дважды пользовались, но после допроса свидетелей вновь ждал сумрак. Эдгар не верил, что маг уровня Фафнира заранее не подготовил себе лазейки для ревоплощения. Он обязан был это сделать по достижении определенного уровня – кстати, Эдгар надеялся когда-нибудь достичь этого уровня и сам. Впрочем, с не меньшими основаниями он надеялся не допускать развоплощения, но жизнь такая странная штука, что в состоянии преподнести любой сюрприз. Тем более в условиях непрекращающейся войны. – Проходите туда. – Вампир указал на столы. – Книги я сейчас принесу. Думаю, вас интересует вовсе не человеческий эпос, а летописи Иных, так ведь? – Конечно, уважаемый. Конечно. – Сию секунду. Вампир действительно обернулся очень быстро. Видимо, он работал хранителем библиотеки не первое десятилетие и книги свои знал прекрасно. – Вот, – сказал он, опуская на столешницу два тома. Первый – необъятный, большого формата, в старинном переплете тусклой коричневой кожи, «Некрономикон» в переводе Герхарда Кюхельштайна; второй – поскромнее и поменьше форматом, с витиеватым названием на полстраницы: «Жизнеописание и толкование славных деяний, а также пророчеств и многих беспримерных открытий Великого Темного Мага, немало известного среди Иных под наименованием Фафнир, или Сумеречный Дракон» Йоханна Йетцера, Урмонгомода. Похоже, оригинал. Наверное, книга Йетцера – Урмонгомода называлась гораздо архаичнее, но Эдгар не знал древневерхненемецкого и вынужден был читать через сумрак, а при этом особенности стиля сглаживаются и текст усредняется, зато становится куда понятнее. «Деяния Фафнира» Эдгар просмотрел по диагонали; как и ожидалось, содержание этого фолианта толковало события заметно иначе, чем обе Эдды и «Песнь о Нибелунгах». Во-первых, понятно, что и Сигурд (он же Зигфрид, он же Сиврит), и