– восьмидесяти километров в час. Значит – летит следом. Не убегает! – Ему действительно что-то нужно в Средней Азии… – растерянно сказал Эдгар. – Вот только что… – Надо вызвать Великих, – сказал я. – Сами придут, – отмахнулся Эдгар. – Я им все сообщил, портал провесил… они решают, что делать. – Понимаю, что они там решают, – пробормотал я. – Завулон требует отдать ему проштрафившегося Костю. А главное – «Фуаран». – Никто книги не получит, успокойся. – Кроме Инквизиции? Эдгар промолчал. Я уселся поудобнее. Потрогал челюсть. Не болит. Но зубы жалко. Придется идти либо к стоматологу, либо к целителю. Но беда в том, что даже самые лучшие Светлые целительницы не умеют лечить зубы безболезненно! Не умеют – и все тут… Стрелочка «компаса» подрагивала, держа направление. Расстояние не менялось – километров десять – двадцать. Значит, Костя разделся, превратился в летучую мышь… или в какую-то другую тварь? В гигантскую крысу, в волка… Не важно. Превратился в мышь и летит за поездом, сжимая в лапах узел с одеждой и книгой. Где же он ее прятал, паршивец? На теле? В потайном кармане одежды? Паршивец… но какая выдержка! Какая наглость и смелость – охотиться на самого себя, придумывать какие-то версии, советовать… Всех обвел. Но зачем? Захотелось абсолютной власти? Шанс победить все-таки невелик, а Костя никогда не отличался чрезмерным честолюбием. Нет, честолюбив, конечно, но без маниакальных идей о власти над миром. А почему не убегает сейчас? На его руках – кровь троих Инквизиторов. Такое уже не простят, хоть с повинной иди, хоть книгу возвращай. Ему бы бежать… для гарантии – уничтожив книгу, к которой привязано следящее заклятие. Нет, тащит книгу с собой и следует рядом с поездом. Безумие какое-то… Или он еще рассчитывает на диалог? – Как ты хотел выявить Витезслава среди пассажиров? – спросил я Эдгара. – Что? – погруженный в свои мысли Инквизитор ответил не сразу. – Да ерунда, то же самое, что ты использовал: непереносимость спирта. Обрядились бы в белые халаты и прошли с медобследованием по всем вагонам. На предмет поиска больных атипичной пневмонией. И каждому давали бы градусник, обильно смоченный спиртом. Кто не сможет его взять руками или получит ожог – тот наш подозреваемый. Я кивнул. Могло и прокатить. Конечно, мы при этом рисковали, но рисковать – наша работа. А Великие были бы где-нибудь поблизости, «на подхвате», чтобы в случае нужды ударить всей силой. – Портал открывается… – Эдгар схватил меня за руку, потянул на полку. Мы уселись рядом, поджав ноги. В купе