Закончив разбираться с материалами следствия, я покинул секретную для Томы комнату. За моей спиной висели хорошо сохранившиеся в сибирской земле останки погибшего в автоаварии. Развеивать их я Кузьме запретил. Сначала Томе покажу, пусть удостоверится лично.

Переодевшись, я пошёл в Сени. В предстоящем рейде, может быть, мы отыщем не менее хорошо сохранившиеся тела людей и животных. Там условия для консервации прекрасные. Надя отправила нас почти в легендарное место — к леднику Кодара.

Правильнее, наверное, не «ледник», а «ледники», там их было примерно сорок штук. Уникальный геологический памятник, совершенно не приспособленный для образования ледников, так как был и ниже условной снеговой линии, и вдали от морей и океанов, и в неподходящем климатическом районе.

В существование этого затерянного в горах объекта до пятидесятых годов прошлого века люди вообще не верили. Видимо поэтому последняя группа заражённых людей, когда почувствовала, что Иркутская область им не рада, спряталась именно там.

* * *

Очутившись в Витимском заповеднике, мы воззрились на заснеженные вершины гор и на заснеженного Бориса. Чекист был порядком уставшим и обледенелым. В эту точку на леднике, оборудованную предварительно его коллегамиТановышкой , он вместе с местным проводником добирался своим ходом.

— Паразиты разбили лагерь вот тут, — сказал он, предварительно убрав со своих висков и чёлки сосульки и включив военный планшет. — Там сейчас трое заражённых и ещё пять возможных доноров.

На девайс Бориса я посмотрел с почтением. Лютый дубак, царивший на леднике, устройство перенесло стойко. Не дало дуба, как мой китайский смартфон, который прямо на моих глазах стремительно терял заряд.

Показав на экране свежую съёмку со спутника, чекист обозначил наиболее благоприятные пути подхода, рекомендуемый порядок действий. Повторив слова Нади, оставшейся в тёпломГостиничном номере, он ещё предложил помощь горных егерей, из специального подразделения погранцов. Как и командированной на совещании, в сопровождении профессионалов я чекисту отказал.

Спрятав улыбку под высоким воротником пуховика, я бодро почапал за проводником из местных к разбившим лагерь заражённым. За мной шёл Борис, а за ним гуськомСпутницы . Нужно оттачиватьНавыки , пока условия почти «домашние».

Во время горных подъемов и спусков, хуже всех пришлось Тамаре и Борису. ИхВыносливость была меньше, чем у нас, поэтому всем приходилось то и дело останавливаться и дать им передохнуть. Это привело к тому, что к заражённым затейникам мы добрались лишь через несколько часов.