* * *

Когда третий передатчик ОСНАЗ вышел из строя почти одновременно с двумя другими, в укрытии под радиощитом установилась зловещая тишина. Шорохи бумаги, перекличка позывных, металлический щелчок тумблера — всё исчезло. Вместо этого в наушниках операторов звучал лишь ровный, чужой гул помех.

— Пятый канал — мёртв, — сухо отрапортовал радист Седых, сбросив наушники.

— Седьмой тоже, — вторил ему сержант Уланов. — Глушат. Причём грамотно.

Громов, стоявший у распределительного щита, медленно выпрямился, вытер руки тряпкой, испачканной в графите. Он молчал. Сказать было нечего — исход был ясен. Противник понял, что его бьют с помощью эфира, и нанёс удар в ответ. Квалифицированный, технически грамотный, без грубых шорохов — с точной подстройкой на частоты ложной передачи.

— Радисты жалуются, что немец усиливает помехи с переносных станций. Работают короткими импульсами, подвижными группами, — доложил майор из ОСНАЗА. — По предварительной оценке — минимум шесть точек активного подавления.

— Значит, научились, — кивнул Громов. — Радиоигра себя исчерпала.

Через полчаса информация поступила в штаб 64-й армии. В штабе было холодно — сквозь щели в стенах пробивался январский ветер. Генерал-лейтенант Михаил Степанович Шумилов стоял у карты, над которой горела тусклая керосиновая лампа. Он выслушал доклад молча, лишь качнул подбородком.

— Ну что ж, — сказал он наконец. — Немец противник серьезный. А пока — хватит радиоигр.

Он повернулся к Громову и ударил пальцем по точке на карте — квадрат с подписью «Центральный сектор».

— Вот теперь ваша цель. Штаб. Штаб Паулюса. Теперь вашей главной задачей будет разведка и местонахождение Паулюса. Командный состав 6-й армии насчитывает одних только генералов более двадцати. Это все высший офицерский состав, который нужно будет взять живым.

В мастерской снова скрипели лебёдки, запах металла перемешался с озоном, камеры были перезаряжены. Новые маршруты прокладывались с учётом свежей снежной линии. Дрон уходил в небо, скользил над мёрзлыми деревнями, вдоль Волги, где сражались части 21-й армии, и далее — вглубь, к западному обводу кольца.

С воздуха открывалась картина, которую не передавала ни одна карта: искорёженные дороги, пятачки замерзших лагерей, тёмные точки людских скоплений, костры, следы от танков, палатки… И кое-где — слишком много антенн и слишком мало оружия. Подозрительно ровные участки, аккуратные штабные столы, укрытые брезентом машины связи.

— Вот это место. — Громов ткнул карандашом в снимок. — Похоже на командный узел. Есть охрана, радиомачта, щитки, пост охраны… и ни одного танка.