— Уф! Зато голова теперь может работать! — усмехнулась девушка.

И действительно, в мозгу прояснилось.

На лестничной площадке снизу загремел замок в глухой металлической двери. Скрипнули петли. В тонкой желтоватой полоске света показалось сморщенное лицо. Старик неожиданно задорно подмигнул мне.

Из-за его спины послышался ворчливый женский голос:

— Что ты молчишь? Скажи им, чтобы трахались у себя дома! Как дети по подъездам обжимаются.

— Молодежь тут, — ответил старик голосу.

— Прогони! Загадят еще весь подъезд.

Старик не особо спешил высказывать нам недовольство.

Лара уже привела себя в порядок, обошла меня, схватила за руку и, весело засмеявшись, потащила за собой.

— Спасибо, — шепотом поблагодарил я старика, проходя мимо. Мне почему-то было приятно, что он не стал на нас орать. Между закрывающейся стальной створкой и косяком я заметил поднятый вверх большой палец. Потом петли скрипнули, дверь лязгнула по раме и загремел замок.

До утра мы сменили еще четыре подъезда. В двух из них нас накрывало, и мы «слегка шалили». Перед рассветом Лара не сдерживалась и вела себя агрессивно и громко. Но никто не вышел прогнать нас, зато это позволило не уснуть и продержаться до рассвета.

Светало в девять утра. Часы я заметил на одном из фасадов зданий. С наступлением светлого времени суток открылись магазины и небольшие торговые центры. В одном из них я нашел мастерскую по ремонту сотовых телефонов.

Мастер заспанным голосом попросил включить телефон.

— Пароль? — спросил он, обнаружив блокировку.

— Не помню.

Мужчина неодобрительно посмотрел на меня, затем окинул взглядом мой гардероб. Лару я предусмотрительно оставил на другом этаже здания рассматривать отдел унтов.

— Бомж что ли?

— А в глаз?

— Прости, братан. Ворованный не возьму.

— Предков трубка. Деньги нужны, а они зажали. В Тай свалили, я один дома, — попытался я разыграть из себя обиженного родителями подростка.

— На бухло и наркоту собрался потратить?

Ну что за люди? Сразу вот так.

— На девчонок, — почти честно заявил я, вспомнив тоненькую куртку Лары.

— Пятнадцать, — сделал предложение мастер.

До этого я видел, что сомнительной теплоты пуховик и дутые сапожки в отделе на этаж выше можно было купить за четыре с половиной тысячи.

— Двадцать три, — озвучил я встречное предложение.

— Ну ты борзый, парень, — усмехнулся мужик.

— Восемнадцать и все!

— Накинь сверху самый дешевый телефон с загруженными картами города.

— Уверен, что родители уехали в Тай? — заржал мастер. Он явно понял, что я не тот, за кого себя выдаю.

— Уверен, — улыбнулся я, не собираясь сдаваться.