Посмотрев на Беатрис, которая спрыгнула с моего плеча, улёгшись на диван, озвучил вопрос. Тогда как она свернулась клубком, пытаясь улечься удобнее.

— Логика. С ней ведь надо дружить, мурр. Он бы не стал вызывать тебя, не рассчитывая на победу. А раз так, значит точно кого-то отыскал.

Звучало рационально — тут не поспоришь. Одно только «но» — где он так быстро мог найти кого-то равного мне по силам? Не то, чтобы я хорошо разбирался в деталях рынка наёмников. Но как мне казалось, почти любой напрягся бы, услышав, что предстоит биться против духоглядца. Особенно после вчерашнего вечера.

Тем более это не снимало с повестки дня ещё один, не менее важный вопрос.

— Почему он тогда просто меня не прикончил? Ну, долбанул бы по дому из гранатомётов и дело с концом.

— Ты бы так и сделал. Не сомневаюсь, мурр. Но он не духоглядец. Обычная мелочь, которому повезло подняться наверх. Всё, что у него есть — бойцы, связанные присягой, какие-то ресурсы и репутация.

Прозвучало несколько спорно, но сразу после кошки заговорила Кристина.

— При этом, учти, что вчерашний вечер уже его статус сильно уронил. А гарантий успеха следующей авантюры у него нет.

Мне всё равно хотелось поспорить, но тут в памяти проступил образ этого самого Пажевского. Если подумать, тот был настолько трусоват, что не раскусил меня в первые минуты. Хотя, по идее был должен. Ведь понятно, что если бы его старый хозяин возродился, то первым делом заявился бы к нему. Напомнить, кто тут на самом деле главный.

Да и потом, уже в театре, медлил до последнего. Начав действовать только после того, как всё стало абсолютно очевидно. Наверняка, у этого парня зашкаливающий уровень тревожности по любому поводу. Станет такой отправлять гранатомётчиков раздолбать дом духоглядца, который обладает неизвестным ему уровнем мощи?

Сомнительно, на самом деле. Особенно, если вспомнить, что ему доподлинно неизвестны настоящие пределы моей мощи. Вдруг вот так просто меня не убрать и требуется нечто куда более мощное?

Куда больше меня интересовал иной вопрос — почему Пажевский, который, как я понимал, поднялся за счёт силы этого самого гусара, теперь пытался его убить? Зачем ему это? Предположим, что всё прошло успешно и мой далёкий предок получил это тело. В чём тут проблема для самого Валерия?

Естественно, ему придётся поделиться какой-то частью своей власти — тут никаких сомнений не имелось. Но ведь он, выходит обрёл влияние ещё при деде. Не испытывая по этому поводу никаких терзаний. К тому же, если я верно понимал, большую часть своего свободного времени, гусар посвятил охоте на Древнего.