— Ты в курсе, что идиоты долго не живут?

— А ты знала, что оскорбление человека, на чьей земле находишься — верный путь к депортации?

Оболенская гордо вскинула подбородок. Смерила меня взглядом. И промолчала. Почему-то не решилась обрушиваться на меня с претензиями или чем-то подобным.

— Вот так-то. На хозяина где сядешь, там и слезешь. Хотя если бы я сама уселась, просто так он бы меня не скинул. Это была бы история с хорошим финалом, хе-хе.

— Знаешь, тут есть один оборотень германский. Ему бы твой характер точно понравился.

Алиса повернула голову к Владе, которая сверлила лисицу гневным взглядом. И отрицательно помахала головой.

— Не. Тупые качки — не моя тема. Пусть с ним крестьянки зажигают.

Выражение лица Оболенской, которая уже окружила себя барьером, прочитать было сложно. Но одно я понимал без слов — подобные разговоры чужой свиты для неё точно в новинку.

Впрочем, моё собственное внимание было обращено к дому, который постепенно становился всё ближе.

Стены с иссиня-чёрными прожилками. Затянутые тёмными пузырями стёкла окон. Покрытая непонятной пульсирующей гадостью крыша, с которой свисали ошмётки чего-то похожего на тёмно-розовую плоть.

Не слишком презентабельный внешний вид. Не говоря уже про запах, который бил в нос.

Поняв, что позади свиты Оболенской плетётся ещё один человек, я остановился. Оглянулся назад.

— Возвращайся к машине и жди там. Если твой отец вдруг ещё жив, я его приведу.

Костя потрясённо уставился на меня.

— В каком смысле, если? Он сегодня со мной говорил.

— Угу. Именно так оно всё и происходит, если ты не знал. Вот ты с кем-то говоришь, а через пару часов всё уже кончено. Но он может быть жив. И тогда я приведу его к тебе.

Сам не знал, почему решил отреагировать настолько жёстко. Как будто вскипело что-то внутри, вынуждая ответить Косте на грани. Судя по его собственному лицу, сам он тоже подобного не ожидал. Тем не менее взял и просто побрёл назад.

— Да ты философ, — усмехнулась Оболенская. — Специально где-то учился?

А ведь она до сих пор надеялась вытащить из меня информацию. Интересно, что духоглядка станет делать, когда поймёт, что рассказывать я ей ничего не собираюсь?

Хотя нет. Основной вопрос был в ином — какие мысли посетят её голову после отчёта о моей предыдущей жизни. Могу поспорить, не ранее чем завтра, его положат девушке на стол. И вот тогда ей придётся как-то объяснить самой себе, как так со мной вышло? Причём основных вариантов будет всего два. Либо я успешно скрывался ото всех вокруг, либо обрёл свои возможности совсем недавно.

При выборе второй версии, разветвлений было немного и самые вероятные из них — совсем не в мою пользу.