— Так, пойдем-ка отсюда, Катюша. Тебе явно нехорошо.

И он начал собирать мои вещи. Ноутбук, зарядное, телефон. Всё это спокойно убрал в сумку, не обращая внимания на моих бывших родственниц.

А затем закинул мою сумку себе на плечо, приобнял меня, поднял на ноги и повел к выходу.

— Эй, мама вообще-то вам вопрос задала! — все же подбежала Светка к нам и опять взвизгнула своим противным голосом, еще и Андрея схватила, останавливая.

А он спокойно перевел взгляд на её ладонь и очень тихо, но при этом замораживающим душу тоном отчеканил:

— Девушка, руку уберите.

Ух, я и не знала, что он так умеет. Мне самой захотелось убрать все конечности от мужчины, были бы силы. Я ведь на ногах-то еле держалась.

И даже эта дура Светка прониклась и отпустила его, и мы очень быстро ушли.

Не знаю, как я передвигала ноги, наверное, на автомате, но мы дошагали до лифта, спустились на нижнюю парковку, затем дошли до машины Андрея, он усадил меня в неё, пристегнул, и мы куда-то поехали.

Очнулась я, уже лежа на своей кровати и слушая, как Андрей вызывает доктора в коридоре.

— Нет! — попыталась я возразить слабым голосом, чтобы остановить его.

Но мой работодатель уже закончил разговор и зашел ко мне.

— Катюш, ты как? — заботливым голосом спросил он меня, взяв за руку.

— Всё хорошо, не надо доктора, — покачала я головой, но голос меня, как назло, подвел, потому что я говорила очень тихо и медленно.

— Поверь, мне лучше знать, что тебе надо, а что нет, — твердо сказал он мне. — Вот выпей пока воды. Я боюсь тебе какие-то таблетки давать, пока доктор не обследует.

Он приподнял мою голову и сунул стакан воды.

Пришлось пить.

Когда я попила, он убрал воду и начал вставать, а я опять попыталась его задержать:

— Андрей Романович, я отлежусь, и всё пройдет. Зачем вы скорую беспокоите? Вдруг кому-то будет нужнее? А тут я…

— Это не скорая. Это наш личный семейный врач. Мы платим ему огромные деньги, поэтому не переживай. Ни от кого мы его не отрываем, — ответил он и спросил: — Что это были за женщины? Они тебе угрожали?

Я отвела взгляд в сторону. Не привыкла я на них жаловаться. К тому же самой от себя противно становится из-за страха, который я все время испытываю перед свекровью.

Но ничего не могу с собой поделать.

— Это неважно, — выдавила я из себя.

— Важно, — ответил мужчина и посмотрел на меня так, что захотелось спрятаться под одеяло, жаль, я лежала поверх него. — Ты у меня работаешь. А я привык защищать людей, которые на меня работают. Поэтому давай ты не будешь ничего скрывать. Должна им денег? Моя служба безопасности проверяла тебя от и до, никаких официальных долгов за тобой не значится.