— Нет, если не возражаешь, — следователь был спокоен. — Как ты отнесёшься к тому, что я попробую за ней поухаживать?

— Важно не как к этому отнесусь я, а как к этому отнесётся Мари.

— Спорный вопрос в наших реалиях. Тем более, будем честны, я не уверен относительно того, что к ней испытываешь ты.

— Она мне как сестра. Младшая.

— Только ли?

— Только, — почти прорычал наследник клана. Трактовка их взаимоотношений в романтическом ключе злила. Тем больше, что приятель не первый высказывал подобные предположения, хотя предпосылок к этому не было.

— Ты так в этом уверен?

— Более чем. У тебя всё?

Но Киристе словно не слышал:

— Она — сильная магиня из твоего клана, при этом достаточно дальняя родственница, чтобы проблем у ваших детей не было даже без вмешательства целителей. Вы примерно одного возраста. Симпатия между вами, пусть и родственная с её стороны, есть. В династических браках вам сейчас вроде бы никаких резонов нет, — перечислил факты Герберт. — Достаточно хороший, если не идеальный набор в вашем с ней положении.

— Она. Моя. Сестра, — раздельно повторил Леонард.

— Значит, против моих ухаживаний ты возражать не будешь? Что-то получится, поговорим о браке, нет — разбежимся. А то меня, знаешь ли, тоже родственники с брачными предложениями уже доконали. А охотницы за мужьями доконали ещё больше.

— Попробуй. Если у вас что-то выйдет, она согласится на твоё предложение, и твои родственники одобрят её кандидатуру, я препятствовать не стану. Но и принуждать её не буду.

На этом он встал с мата и направился к выходу. Даже если Киристе собирался поговорить о чём-то ещё, это уже было неважно. Сейчас слушать его наследник клана Кримос был просто не готов. Если он хотел поговорить о делах, следователю следовало начинать с них, а не лезть в их отношения с Мари.

Герберт Киристе проводил раздраженного приятеля взглядом и вздохнул. Он ожидал, что разговор будет сложным, но не думал, что настолько. Но в данном случае стоило расставить все точки над и с её родственником, прежде чем начинать ухаживать за понравившейся девушкой. Розмари де Кирно он оценил, хотя Мари Лир у него не вызывала ничего кроме сдержанного интереса — как маг он привык не рассматривать в этом плане человеческих девушек. Она была умна, сильна магически, интересна ему и как собеседник, и как женщина. Так почему бы и нет?

Если бы кто-то ему сейчас напомнил, что не стоит отвлекаться во время расследования, следователь бы только отмахнулся: вся его жизнь состояла из сменяющих друг друга расследований. Последние несколько лет даже без отпусков между ними, а порой и без выходных. Да, устройство личной жизни могло помешать, но он был уверен, что сможет найти баланс.