— Господину Абелю подарили воздушную яхту. Он решил, что ты теперь капитан, Штефан. Иди, знакомься с командой.

Пришлось оставить собутыльников, на информацию из уст которых он возлагал определенные надежды, и отправляться смотреть корабль. Приказы, как известно, не обсуждаются. Тем более, если отдавший их находится вне зоны слышимости.

Яхта выглядела довольно оригинально — неизвестный дизайнер, видимо, обожал маленькие и быстрые курьерские корабли, а потому придал прогулочному судну такую же веретенообразную форму, урезав тем самым объем полезного внутреннего пространства на треть. Но этого гению кораблестроения показалось мало, и он утыкал поверхность корабля иллюминаторами, добавив рядом с ними на корпус небольшие выступы для защиты от встречного ветра. Штефан понятия не имел, какие у данной летающей конструкции технические характеристики, но более уродливой яхты он в жизни не видел.

Впрочем, внутреннее убранство, на которое не пожалели денег, и немногочисленная команда, знавшая, как управлять подаренным шефу «произведением авангардного искусства», немного примирили его с действительностью. Но только немного. Потому как Цванг знал четко: Лидия Риттершанц — не Абель, которому плевать на роскошь, и если она взойдет на борт, то быть беде. И, чтобы снизить будущее возможное недовольство дочери императора до приемлемого уровня, Штефан не спал всю ночь, нещадно эксплуатируя как нанятых в Солиано девушек, так и слуг самих Гнецев.

Утром он получил от жены поцелуй в щеку, горячую кружку с бодрящим напитком, выглаженную форму без знаков различия и указание готовить корабль к приему пассажиров. Штефан согласно кивнул и занес на борт свои вещи — корабль был готов.

Отбив четыре налета слуг, желавших непременно дотащить доставленные ими сундуки до каюты самостоятельно, и кое-как разместив шесть горничных императорской дочки, Цванг все-таки дождался Абеля с женами и приготовился к неформальной инспекции. Но вместо этого Гнец расположился в кают-компании, решив начать с представления своего ближнего окружения. В небольшом помещении, не рассчитанном на одновременное присутствие полудюжины человек, сразу стало тесновато. По крайней мере, именно так подумалось Штефану, вынужденному встать всего в паре метров от дочери старика Риттершанца.

— Полагаю, представлять мою жену Лидию нет никакой нужды? — задал риторический вопрос Абель.

Мика и парочка Цванг вместо ответа вежливо поклонились сидящей в кресле молодой женщине. Причем, рыжая таки не удержалась и бросила на высокородную аристократку любопытный взгляд из-под короткой челки.