Как вдруг дорогу Лансу преграждает рабыня, поспешившая низко поклониться, от чего сразу в глаза бросилась небольшая грудь в глубоком вырезе. Низенькая, вся бледная из-за постоянной жизни под землёй. Тонкие нежные и очень умелые ручки. Иногда Меглисия приглашала её в постель, хотя сама тёмная эльфийка предпочитала игры тет-а-тет. Но для этой девушки делалось исключение.
Поэтому эту рабыню аристократ хорошо знал в лицо и запомнил. Как и сам курьер не мог просто взять и забыть эти янтарные глаза. А значит и сразу же становилось очевидно, кто отправил письмо.
— Изви… Извините, — как-то уж совсем непрофессионально промямлила рабыня, лишившаяся дара речи из-за чувства стыда.
Ещё один неуклюжий поклон и девушка поспешила убежать, оставив Ланса с конвертом в руках. Чего-то подобного вполне стоило ожидать, но в это совершенно не хотелось верить.
В миг письмо оказалось извлечено. Меглисия не поскупилась на слова. Тысячи извинений и миллионы сожалений, просьба больше не приходить к ней, чтобы не навлекать проблем на её род.
Что же… она всё сделала правильно. Семья важнее всего, винить кого-то за подобное Ланс просто не мог. Однако некоторый осадок всё же оставался. Ведь от аристократа буквально отвернулись. Не просто отказались помогать, а именно отвернулись, что даже личные встречи теперь под запретом.
Но оно и понятно. Ведь если господин Бальмуар проиграет Халсу’Алуби и умрёт, то это ударит по гордости и имени самой Меглисии. Чтобы сохранить честь, ей придётся попробовать отомстить, либо опозорится и сглотнуть смерть собственного кавалера. Поэтому лучше расстаться заранее, тем самым избавив себя от теперь уже невыгодных обязательств. Ничего личного, простого деловой подход, хотя можно было и лично об этом сказать, а не посылать рабыню. Но видимо на это у Меглисии сил не нашлось.
Никто не верил в Ланса, оценивая даже теоретические шансы на победу как исключительно стремящиеся пробить дно. Любовница сразу же отвернулась, хотя знала своего кавалера лучше других. Вписываться не решился и Бронзобород, который лишь договорился, что будет нанят наёмник, но не более. На какого наёмника хватит той суммы, отданной Одинокому Волку? Уж явно не на архимага.
Недалеко ушёл и Орз Ширавра, который согласился, но чисто из желания сразится с Халсу’Алуби. Сам он тоже в победу не верил, рассчитывая, что достойно выступит и заслужит невиданную славу, а в случае чего успеет сдаться. И даже собственная рабыня Офлея готовилась исключительно ко встрече со смертью, но не к победе.
В своих мрачных размышлениях Ланс отправился к новой цели, и осознал себя уже сидящим за столиком одного небольшого ресторанчика, кафешки. Сложнее всего дались переговоры об этой встречи, которая откладывалась до последнего. Совсем скоро прогремит бой, казалось, что ответ даже не придёт, но всё же Лансу снова повезло.