***

Екатерина терпеливо ждала, постукивая пальцами по поверхности стола. Она жаждала услышать рассказ Алексея Ховрина. Во всех подробностях. И особенно о том странном создании этого фантастического мира, благодаря которому этот мир и был придуман. До сих пор она видела Лешу только по фотографиям, вживую с ним не сталкивалась.

Поразительно, на что способна любовь. Видимо, если Бог и создал Рай, то только из чувства любви к какой-нибудь Богине...

Катя всегда поражалась возможностям человеческого воображения. Оно способно создать что угодно. Миры Томирис и Алексея тому подтверждение. Хотя мир Томи был больше похож на обычный. Там совершенно не было никакой фантастики. От реальности он отличался лишь ходом событий. Это произошло потому, что Томи не дали понять, где грань между реальностью и виртуальным мирком. Поэтому она в результате запуталась. Уже не понимала, где реальность, а где - лишь вымышленный мир. Такую спутанность назвали в ее честь. Эффект Томирис. Из-за этого состояния Томирис едва не потеряли. Но она выжила, слава Богу. Правда, воспоминания о том эксперименте у нее остались не самые приятные...

В случае с Алексеем все проще. Он понял, что к чему, хоть поначалу и не знал, во что ввязывается. Эффект Томирис ему не грозит. Но есть более страшный диагноз, как оказалось. Нежелание возвращаться в действительность. Это в сто раз опаснее, чем эффект Томирис. Быть может, именно поэтому у Ховрина и была остановка сердца во время сеанса. Несколько минут его не могли откачать, и надежду уже практически потеряли. Если бы не настойчивость персонала, сейчас Кате некого было бы ждать.

В дверь постучались.

- Можно?

На пороге появился Ховрин. Он неуверенно переминался с ноги на ногу, смущенно поглядев на сидящую за столом Екатерину. Та окинула его оценивающим взглядом. На нем были темно-синие джинсы и светло-синяя узорчатая футболка с воротником, короткая уже успела изрядно помяться. Прическа - торчащие во все стороны темные волосы, пухлое лицо, несмотря на то, что Алексей не казался полным. Скорее, накачанным. Его спортивное телосложение впечатлило Катю. Мускулы проглядывались даже сквозь одежду. Причем Ховрин не был толстым.

- Да-да, присаживайтесь, Алексей, - Катя указала на стул, которой некоторое время назад занимала Томирис.

Она улыбнулась самой обворожительной из арсенала ее улыбок, цель которой - как можно быстрее расположить к себе собеседника.

- Я говорила с Томирис, и она рассказала мне много интересного о вашем мире, - Екатерина замерла, выжидающе глядя на Ховрина. Ни один мускул на его лице не дрогнул. Видимо, скрывать ему нечего. Никакой другой напряженности, кроме стеснения, заметно не было.