— Я устал. Хочу побыть один.
— Как прикажете, господин, — поклонился хрен пойми кто.
Когда манерный свалил, я закрыл глаза и занялся рукой, что мне повредили у Зубра. Хороши пули — две трещины в кости.
За лечением не заметил, как пролетело время.
— Ваши костюмы готовы и уже доставлены в ваш номер, — сообщил манерный и кивнул на брелок у меня в руках. — Кирюша сообщил, что, как только вы подниметесь, вам принесут обед.
За новые костюмы пришлось отвалить аж целых пятнадцать тысяч! Жесть… Автомат с пулями из метрила и то дешевле!
Сумму вычтут из моих денег, так что получу я уже двести восемьдесят четыре тысячи империалов. Кстати, их уже скоро должны доставить.
В холле нашёл лифт. Зашёл, нажал на кнопку третьего этажа и — ничего не произошло.
— Вставьте ключ-карту, — раздался металлический голос.
Стоило только поместить брелок в специальную нишу, как услышал:
— Ваш номер — тридцать три. Благодарим за то, что выбрали нашу гостиницу, Марк.
О, молодцы, доработали технологию.
Двери открылись, и я оказался на этаже. Прошёл несколько номеров и нашёл свой. Вставил ключ и повернул. Желудок напомнил о себе. Что ж, сначала в душ, потом поем и примерю обновки. С улыбкой толкнул дверь, и тут…
— Здравствуй, Марк! Ты не против, что без твоего разрешения?
Пожал плечами и закрыл за собой дверь. Да оставьте вы меня в покое… Хотя бы на пару часиков!
Глава 15
Развернулся, вдыхая приятный аромат духов, и увидел возле окна стоящую в мягких лучах заходящего солнца Викторию Лучистову. Зелёные глаза смотрели на меня с высокомерием и спокойствием. Рыжие волосы распущены. Они мягкими волнами обрамляли лицо с точёными скулами и ямочками на щеках. Её чёрное облегающее платье до колена подчёркивало пышную грудь и стройную фигуру. Такого же цвета чулки и туфли на длинной шпильке завершали образ.
— У тебя зайхн моей сестры. Ты же не думаешь, что она дала тебе его просто так? — надменно произнесла Виктория.
Я улыбнулся, подходя ближе:
— Безусловно. Хотела этим подкупить, чтобы я вступил в ваш род.
Виктория не отрывала от меня глаз. Её губы изогнулись в лёгкой усмешке.
— Моё предложение лучше, — сказала она так уверенно, будто бы я уже согласился.
Да что ты говоришь⁈ Уже бегу и спотыкаюсь.
— Не интересует, — отрезал я.
И на лице Виктории появилось искреннее удивление. Ой-ой, чья-то уверенность дала тре-ещину. Что, не привыкла к отказам, особенно таким быстрым и решительным, да?
— Ты даже не выслушал, что я предлагаю, — еле сдерживаясь, произнесла она с нотками раздражения в голосе.
Посмотрел на неё с ухмылкой:
— Мне неинтересен ваш род. А теперь будь любезна…