— Что допрыгался, слабак тупорылый? — сказал Пронин.

— Щас будешь ползать как червь, охотник сраный, — весело бросил Чижов.

Аррр, как они меня выбесили! Готов был грызть их зубами, вспоминая сколько зла они причинили парню в последние годы. Только что я могу поделать? Эти жирные крысы не подпустят на расстояние удара. А дистанционных практик у меня просто нет.

Понимаю, что унижаться перед смертными олухами я не стану. Чувствую, как в груди все кипит от разрывающей ярости. Стискиваю зубы так, что чуть не стираю их в порошок. Кулаки сжимаются сами собой до белых костяшек.

— Ну! На колени, холоп! И проси прощения, быстро! — насмешливо говорит мне Чижов.

В тот момент, его сбивает с ног странная сила. Отчего придурок падает на спину, скользит по траве какое-то расстояние, стонет как продажная девка, и хватает себя за грудь.

Люди просто так с ног не валятся. А немейские комары с силовым полем здесь явно не водятся. Значит это сделал я своей Силой.

Одна из магических практик все еще осталась при мне, невзирая на смерть и попадание в это тело. Интересно, что за чудом сохранившийся навык? Пока сказать не могу… Но главное, что я могу драться на расстоянии. Остальное уже неважно.

Увидев, как друг решил малость позагорать, Пронин впал в ступор и немного замешкался. Он дал мне не больше пары секунд, но этого было достаточно.

Благодаря ловкому телу, я быстро рванулся вперед. Усилил руки духовной Основой и треснул придурка в челюсть.

Тот свалился на землю и уставился на меня округлёнными глазами, медленно массируя рожу и пытаясь понять, что случилось. Могу представить удивление двух уродов. Они испытали шок, будто видели, как котенок мочит здорового льва.

Правда, я уже не котенок, и мое превосходство с этого дня станет обычной рутиной!

— Хрр, ах, блин, поганец. Ну все, ты попал, лох позорный, — стонет Чижов, продолжая массировать грудь.

Он пытается неуклюже подняться, только я предугадываю его действие, мигом подскакиваю к ублюдку и бью в голову подошвой ботинка.

Из поганого рта вырывается слабое «Ы-ы». Козел окончательно вырубается. А у него на лбу появляется фирменная печать в виде нехилого синяка.

На этом я не собираюсь сдаваться. Не теряя драгоценное время, пинаю пару раз Пронина, заставляя его кататься от боли и скулить, словно мокрая шавка.

— Ууу, Александр, ты что? Ты чего вытворяешь а-а-а, блин… Мы ж просто шутили, прикалывались. Это все Чижов замутил. Это все он отвечаю-ю-ю, — вопит, понимая, что круто попал.

— Угу, ну конечно. Я верю, — насмешливо бросаю ему, готовясь провести санитарную охоту на эту тупую свинью. — Так как там насчет извинений, дружище?