— Расскажешь, в чем дело?

— Потом, — Володя уже дернул на себя дверь и заглянул в щелку. — Идем. Надо торопиться.

Я сунул резак в карман пальто, но он очень неудобно выпирал наружу. В карман брюк он тоже не уместился. Стаскивать сумку мне было лень, так что я заткнул его за пояс с противоположной стороны от кобуры.

— Интересно здесь, — проговорил я, всматриваясь в темноту. Естественного освещения было слишком мало — достаточно лишь для того, чтобы определить контуры коридоров и торговых площадок. Выглядело все, как типичный рынок.

Темный, опустошенный, без покупателей и продавцов — что сейчас радовало, так как мне совсем не хотелось встречаться хоть с кем-нибудь живым. Как оказалось, миролюбивых здесь почти нет.

И тут же вспомнил про людей, которых видел в лагере на нижнем ярусе стоянки. Для многих из них и правда как будто ничего не поменялось. Как раньше с несчастным видом они сидели на рынках и заводах, так и сейчас деятельность для них была чем-то отвратным.

По итогу, если не агрессия, так уныние. А это еще сильнее отталкивало меня от потенциальных встреч с любыми оставшимися в живых людьми.

К тому же разговоры с ними не помогали мне вспомнить ровным счетом ничего. Получалась лишь бесполезная трата времени. И я очень надеялся, что то, чем мы занимаемся сейчас, таковой не является.

Маленький фонарик нашелся и у меня в сумке. Некоторое время после того, как дверь закрылась, мы еще прислушивались, рассчитывая хоть как-то обнаружить живых. Безрезультатно — в здании стояла мертвая тишина. Даже стук сердца слышался отчетливо, убеждая меня в том, что я все еще живой, несмотря на ни что.

— Так идем? — голос Володи прозвучал неправдоподобно громко.

— Твою ж… что ты пугаешь! — прошипел я и навел на него фонарик. — Предлагаешь искать вместе или разделиться?

— Быстрее найдем, быстрее справимся с задачей, — ответил напарник и свернул налево в ближайшем прогоне. — А ты в другую сторону, — тут же услышал я его у себя в ухе.

По одиночке и ладно. Так тоже можно, успокаивал я себя, оставшись один в огромном здании. И, чтобы избежать мандража, поспешил свернуть в соседний коридор. Аптеки, химия, инструмент — в луче фонарика мелькало все, что угодно. Но только не нужные мне товары. Даже одежда была. Правда, не зимняя, но людям из убежища она была бы кстати.

Отметив у себя в голове расположение этого отдела, я направился дальше, прошел ряд до конца и свернул теперь налево, чтобы змейкой обходить точки с неупорядоченной нумерацией.

Фонарик отражался от витрин и временами я не сразу мог рассмотреть, что за ними находится. То, что стекла остались целыми, меня поразило — ни одной трещины.