Тихо охнув, противник обмяк, и я сразу скинул его с себя, с отвращением отметив, что брюки и пальто перепачканы.

— Ну и… Володь! Ты тут? — громко спросил я, подхватил фонарик и перевернулся прямо на полу, опасаясь, что сзади меня будет еще кто-то. Но в коридоре остался я один. — Мразь, — я пнул грязнуху под ребра.

От дальнейших побоев меня удержало лишь то, что надо было искать Владимира. Если он не отвечал, скорее всего, был в беде. А вот Кирилл опять нас кинул. Черт.

Не подавал сигналов и вообще молчал. Как так! Обещал же появиться, как только сработает его система распознавания чего-то там! Куда уж четче — грязная морда перед камерой на моем лбу!

Меня разбирало зло. Я бросился в обратный путь, сделал пару шагов, потом остановился, яростно прорычал, вернулся и размашисто пнул земляного человека еще раз.

— Тварь, — бормотал я себе под нос, возвращаясь в то место, где мы с Володей разделились. То, что эта тварь сейчас находится без сознания, я знал точно. После таких ударов в себя быстро не приходят.

И потому не спеша осматривал каждый сантиметр пола, надеясь найти хоть какие-нибудь следы. Дошел до разбитого стекла, где на полу стало чуть более грязно, а потом внимательно прошелся взглядом по квадратной плитке, выискивая кровь. Не нашел ничего и поспешил дальше. Едва ли он вернулся обратно, поэтому я зашел в следующий проход.

И еще один ряд абсолютно одинаковых секций. Примерно посередине коридора я обнаружил грязные следы. Едва заметные, лишь контуром сильно изношенной обуви.

— Кирюха, где же тебя носит…

Он бы уже прогнал по базе даже остатки следов, высказал мне модель ботинок, и я бы точно знал, что Владимир погнался, к примеру, за парнем двадцати пяти лет, ростом метр семьдесят. Или как-то так.

Но чего нет, того нет. Кирилл второй день подряд играл в молчанку, а я шел, в бешеном темпе выискивая следы дальше. Вот они задвоились, потом некоторые стали смазанными — кажется, это Владимир наступал в грязь.

Удивительно, что при том, насколько испачканным был мой оппонент, настолько же он был лишен запаха. И в этом коридоре тоже не осталось запахов.

Подумав, что, быть может, мой нос просто ничего не чувствует, я понюхал рукав пальто. Шерсть. Пахнет.

— Черт бы побрал этих грязных ублюдков, — я дернул рукой и продолжил идти по следам, пока не уперся в дверь. — Да что за! — воскликнул я, дернувшись без особого результата.

— Что у вас происходит? — появился Кирилл.

— Да неужели? — я прижался спиной к стене и начал негромко говорить. — Мы дошли до места, куда ты нас отправил, но тут есть кое-какие неприятные личности.