Разделенная на две многоугольных части, толстая картонка развалилась. Из нее наружу выскочили две крысы, жирных, лоснящихся. Короба, стоящие выше, покосились и угрожающе накренились.

— Вот черт, — я отскочил в сторону за секунду до того, как коробки начали падать передо мной.

— Вот же… — повторил Кирилл. — Как мне теперь тебя здесь ориентировать, если ты порушил… — он замолчал и присмотрелся к тому, как падают коробки.

Некоторые из них были чем-то заполнены и падали быстро, ломаясь, иногда разрываясь с грохотом хлопушек. Другие просто сминались, но процесс, напоминающий разрушение сложного рисунка из костяшек домино, продолжился, захватив еще и соседние стеллажи и конструкции.

Я выматерился про себя и отскочил в сторону. Из-за того, что коробки и ящики падали уже совершенно бесконтрольно, я не мог определить не только направление, куда идти дальше, но и место, откуда я пришел.

Вскоре весь пол оказался завален давленым картоном вперемешку с содержимым отдельных коробок. Я пнул несколько пластиковых бутылок, к счастью, пустых, потом взобрался на коробку поплотнее и пообъемистее, но она тут же сложилась под моим весом.

Ну и разгром! Теперь я стоял посреди завалов без какой-либо защиты сбоку или сзади, да еще и нормально передвигаться не мог.

— Прости, я теперь вряд ли смогу тебе помочь, — с легкой грустью сказал мне Кирилл. — У меня ни одна программа не видит маршрута, хотя… стоп, — в наушниках, как стрекот пулемета, раздался треск клавиш. — Повернись чуть правее и иди прямо!

Я уставился на заваленный пол. Он в любом направлении выглядел примерно одинаково, так что я лишь вздохнул, стараясь не запускать неприятные ароматы глубоко в ноздри, и принялся перешагивать через коробки.

В подвале было удивительно сухо, иначе бы в мочалку все эти коробки превратились давным-давно. То, что их могли переставить буквально неделю тому назад, мне казалось слишком невероятным.

Идти оказалось совсем непросто. К тому же в один прекрасный момент коробка, что казалась мне довольно плотной, продавилась и лопнула. Если бы не ее содержимое, подозрительнейшим образом захрустевшее под ботинками, я бы прошел мимо.

Но именно звук привлек мое внимание, заставил отвлечься от передвижения вперед.

— Ты что-нибудь видишь с камеры Володи? — задумался я, уже опустившись на корточки перед коробкой.

— Вижу, пока шевелится и живой, но наушник он потерял, похоже. Я не могу с ним связаться.

— Хотя бы сигнал не потерялся, а то… — я разодрал коробку и ужаснулся. — Порядочные людоеды, — последовал мой комментарий к увиденному.