— Не такого уже и несчастного — добираешься до места в комфорте и уюте, на борту дирижабля, в компании союзников. Всё лучше, чем пробираться по лесам, ночуя под открытым небом и ежедневно рискуя столкнуться с преследователями.

Тут он отчасти прав, так что я демонстрирую на лице согласную усмешку. А Кольд излагает дальше.

— У тебя есть определённый шанс стать императором. И в отличие от остальных кандидатов на престол, полностью отсутствуют предубеждения по поводу древних рас. Что-то мне подсказывает — ты охотно пойдёшь нам навстречу, предложи мы свои знания в обмен на безопасное проживание в пределах Норкрума и равные права с людьми.

— Возможно и так. Если ваша попытка прикончить меня или желание перебить массу людей, загребая жар чужими руками, не сформирует подобного предубеждения.

Представитель древней расы хмурится.

— Я понимаю, что тебе неизвестна наша история. К тому же, ты ещё и из чужого мира, где всё может быть по другому. Но посуди сам — стал бы ты переживать о жизнях тех, чьи предки безжалостно истребили твоих? Вырезая целые селения и города, с детьми, женщинами и стариками? После Первой войны мы были слабы — наши войска оказались повержены, а большинство магов мертвы. Поэтому, мы пошли на соглашение с людьми — они предоставили нам право жить, а мы отказались от идеи собственной государственности, расселившись по всему Норкруму. Первое время всё шло неплохо и ужасы войны стали забываться. Но потом, нас ограничили в праве на перемещение, очистив от подгорного народа и схоров все крупные города — империя заставила переселиться на определённые территории, пересечение границ которых было под строгим запретом.

Сделав секундную паузу, вздыхает.

— Тогда старейшины смирились с этим решением. А потом, когда за нами пришли, было уже поздно. Нас, как и схоров, убивали по всей империи, желая навсегда стереть с лица земли. Новый император хотел упрочить своё положение и пошёл на поводу у настроений народа, который ненавидел и боялся нас. В итоге, от некогда великого народа, остались жалкие остатки, чудом уцелевшие и разбросанные по континенту. На то, чтобы о нас забыли и прекратили охоту, ушло немало времени. Ещё больше на то, чтобы мы проникли в города и стали жить вместе с людьми. Сейчас у нашей общины в Скэррсе достаточно сил, чтобы попробовать взять власть силой. Но, что-то мне подсказывает — после этого на нас обрушатся все кандидаты на престол. Ненависть объединяет.

Подождав, понимаю, что больше он ничего говорить не собирается и сам задаю вопрос.

— Твою мотивацию я понимаю. Но есть ещё один момент — чем вы сможете мне помочь, если не собираетесь обозначать своё присутствие?