Но на этом военные успехи виталургов заканчивались. Правда, засрали нам Энериду просто скотски: в коридорах чуть ли не по колено фрагментов тел, кусков сырого мяса, обрывков сухожилий и мозгов. Последнее, правда, не точно — в наличие этого органа у виталургов я обоснованно сомневался.
А через час в чате пришло сообщение от Кубика — основная задача выполнена.
— Валим отсюда, — тут же скомандовал я.
— Ну и срач, — заявила физиономия Гангирдода, появившаяся из двери кают-компании. — Мы — закончили, большая часть ритуалов дестабилизирована и не подлежит восстановлению, им надо будет начинать по новой.
— Корабли уничтожены, и мы покидаем систему, — ответил я.
— Прибраться не забудьте, — брезгливо поджал губы архимаг. — Могу даже помочь, призвав нескольких конструктов или сформировав автоматонов.
— Излишне, пассажир Гангирдод, — чопорно ответил Мозг. — Технических роботов на Энериде более чем хватает, и они прекрасно справляются со своими обязанностями.
— Я заметил, — с убийственной иронией оглядел заваленный пакостью коридор маг, скрывшись за закрытой дверью.
Ну а Энерида закладывала дугу, огибая спешащую в нашем направлении группировку конструктов и ложась на разгонную траекторию.
23. Гиперфилософия
Направлялись мы, как понятно, к Протекторату Лело, а конкретно — к Цетафии. Война войной, а переговоры по расписанию. Собственно, Гангирдод был не столько силовым аргументом (хотя и это тоже), но в первую очередь переговорщиком танатургов. И его скорейшее общение с Гламерстом и главами направлений и внутрисемейных группировок просто необходимо. Это не говоря о том, что нам надо доложиться, понять обстановку в протекторате, ну и понять, в какую сторону воевать. Архиважнейшее для силовиков знание: воевать не в ту сторону — не только глупо, но и фактическое преступление. В общем: путь до Протектората занимал те же две недели без малого, что и путь до скопления Академии, так что появляться стоило только и исключительно в Рифасе: месяц боевых действий мог кардинально изменить известные нам вводные.
Отряд — частично тренировался, частично отдыхал, частично — приглядывал за пассажирами. В смысле, все отметились по трём направлениям, просто посменно. Трерил же время от времени общался с Гангирдодом, а в остальное время не покидал каюты. Так что через неделю перелёта я навестил дядюшку, на тему его состояния и того, чем он занят.
— Рассчитываю социологические моменты, Николай, — оторвался от кучи голограмм он. — Возможное появление магии, доказанное и данное в ощущениях — шок для социума. И стимул для индивидуума, впрочем, это взаимосвязанные моменты.