— Зачем ты пришёл, Николай? — страдальчески пробасил Андрюха с кровати, даже не пошевелившись. — Я — в печали, — трагично провозгласил я. — А ты пришёл меня мучить и заставишь покидать ложе отдохновения?

— Привет, Андрей, — ровно ответил я. — Пришёл я с таким вопросом: ты собираешься в полевые медики?

— Привет, — простонал он. — Не имею никакого желания, но придё-о-о-отся, — простонал он.

— А подробности? — заинтересовался я.

— Ты ведь не отстанешь?

— Нет, — отрезал я.

Мне надо понять, правильно ли я оценивал малознакомого парня. Если всё сложится по моим планам — он фактически станет моим замом. И знать его побудительные мотивы — просто надо.

— Мучи-и-итель, — простонал он.

Но начал рассказывать и рассказал довольно интересную вещь. Я просто раньше как-то не задумывался, но выходило, что в учебке учатся ВСЕ будущие медики социального сектора. То есть, они все, так или иначе, после получения диплома идут в смежные с силовыми структурами службы. Или в сами силовые структуры. Есть частный медицинский институт, но выпускники оттуда обычно идут в косметологию и подобное. Кроме того, оплата учёбы там просто космическая. А все «бюджетники» — в учебке. И тут Андрей признался, что не желает связывать будущее с силовиками, а вообще мечтает о своей клинике. И, по его словам, выходило, что полевой медик — самый быстрый способ не только рассчитаться с городом за учёбу. Но и даже заработать.

— В спасателях — семь лет контракт. В полиции — пять, — уже не стеная, оживясь и даже полуприсев на койке, рассказывал Андрей. — В отряде или расположении экстерминаторов — три. И довольно внушительная ставка, покрывающая не только долг за учебку, но и хватит на клинику.

— Риск, — понятно уточнил я.

— Риск, конечно. Хотя от экстерминатора я такое не ожидал услышать, — хмыкнул он. — Но риск есть везде, а опыт работы в поле — тоже не лишний. Да и нужное дело, если уж совсем честно, — поморщился он, как будто что-то постыдное сказал. — Готовлюсь, стараюсь, но не уверен, что возьмут. Молодой я, всё-таки обычно в полевую медицину после пары лет в полиции идут.

— А почему часто встречаются девчонки? — заинтересовался я.

— А к вам им сложно попасть.

— Естественно, — хмыкнул я. — Ладно — мышечная масса и тонус. Хотя и они важны, — хмыкнул я, вспоминая одну сокурсницу. — Но главное…

— Реакция на стресс мужского и женского организма, разница в психологии, — закончил за меня парень. — Это так, но исключений немало. А с девчонками, рвущимися в экстерминаторы, два варианта: первый — это как раз хотящие пусть так, но стать экстерминатором. Но их не слишком много. И второй — хотящие семью.