Приняв эту информацию на заметку, я, не показав своего лица гостям из солнечной Грузии, прошёл прямиком к бару. Несмотря на расстояние в десяток метров, сработала экстрасенсорная память, и я автоматически настроился на прослушивание его мыслей.

— Тебе как обычно? — спросил бармен после того, как мы поздоровались.

— Ага, сделай свой фирменный кофе с коньячком и расскажи, чего тут нового случилось.

— С твоего последнего посещения прошло всего два дня, так что новостей не много накапало. Первая — пошёл слух про нашего начальника ГАИ, который вроде как ушёл в очередной запой. Ну а вторая — вон за тем столиком сидит.

Бармен кивнул на посетителей, громко разговаривающих по-грузински.

— Вроде в субботу я цветочника в ресторане не заметил.

— Реваз в воскресенье заселился, как только его любимый номер люкс освободился. Мне администраторша гостиничная Маргарита рассказала, что он этот номер две недели ждал и всё это время торговать цветочками на наш рынок из Смоленска приезжал.

— Ну и как гость нашего маленького города себя ведёт? — спросил я, вспомнив невесёлую официантку.

— Гость? — бармен фыркнул. — Да Реваз всегда вёл себя здесь как хозяин города. Оно и понятно: доходы у него не чета нашим. Вот он деньгами и швыряется. Я как-то раз слушал его пьяное бахвальство. Оказывается, он в абхазском колхозе всё оптом закупает за сущие копейки, а потом нормальный букет мимоз, тюльпанов или гвоздик, которым цена по себестоимости пятьдесят копеек, за три рубля здесь продаёт. Про розы я вообще молчу: с каждого рубля Реваз десятку навара имеет.

— Значит, как хозяин города себя ведёт. И что местные это терпят?

— А кто на него будет бочку катить? Директора нашего рынка он финансово заинтересовал. Те милиционеры, что за базаром присматривают по долгу службы, тоже явно не в накладе. А с нашим партийным начальством он уважительно себя ведёт. Жаль, что на нас это не распространяется.

Бармен посмотрел с сочувствием на ту самую молодую официантку, которую Реваз зазывал подняться в номер.

— Насколько я знаю, он чаевых для персонала не жалеет.

— Не жалеет, но с каждым разом ведёт себя всё наглее. Не знаю, как он на родине с женским полом обращается, но здесь регулярно всех красивых девушек хлопает по задницам и зазывает в номер.

Разговаривая с барменом, я немного покопался в голове цветовода и вот что выяснил. В прошлый раз он уехал из нашего гостеприимного городка из-за невозможности нормально функционировать и продавать цветы. Решив, что у него тяжёлая форма дизентерии, Реваз подался на родину лечиться, сдав весь товар оптом работающим в Смоленске соотечественникам.