Я даже отреагировать не успел, как ему один из магов, выглядящий весьма молодо, но вполне достойной и величественно, дал пинка под дымящийся зад.
— КАР! ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО! ТА ЗА ШО, КАР?
Глава 19
Диалог задался не сразу. Но задался, что уже хорошо. К моему огромному облегчению, среди них был понимающий меня. Но, к моему не менее огромному сожалению, это был больной на голову ворон, которого, по-хорошему, надо было не только пнуть под подпалённую задницу…
Ни местный правитель, ни выжившие бойцы на моём не чирикали, не каркали, ни любым другим способом не изъяснялись. Пару слов знали, и только. И всё же это не помешало нам пообщаться. Правда, ворон бесил всё больше, выступая в качестве переводчика, но слова благодарности услышал, ответы на свои вопросы я получил и даже кое-что интересное узнал.
Первое: никто из «дикарей» не говорит на имперском языке из-за племенного запрета. В случае плена это поможет сохранить секреты. Конечно, пытками можно что-то выведать, но, по уверениям людей гор, у них на такой случай есть какая-то подстраховка…
Второе: ворон — это какая-то магическая животная аномалия. Зверь-полиглот, владеющий почти двадцатью языками и диалектами, в том числе и древними, вымершими. Появился в качестве питомца у лидера этих людей ещё в детстве в качестве дара. Правда, по уверениям Ашари Донграта — именно так звали выжившего предводителя этой группы, — со временем у него появлялись подозрения, что ворон проклят, так как практически не стареет и не меняется, иногда исчезает, вечно всех достаёт и бесит. Так что вполне вероятно, этого говоруна ему отдали, потому что тот предыдущему хозяину все нервы выклевал.
У меня даже на секунду появилось желание задушить эту пташку, попытаться схватить её дух и поместить в элементаля. Будет привязанным ко мне персональным переводчиком… Но потом прикинул и…
Ну на хрен. Однажды я могу не выдержать и придушить этого говоруна. А если он будет элементалём и под договором… Он его защитит. А любые правила «не бесить» можно обойти, если сильно захотеть.
— КАР! ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО СООБЩАЕТ ТЕБЕ, ПРЕЗРЕННОМУ ДОБРОМУ ДРУГУ, ЧТО ОН БЫЛ БЫ РАД ПРИГЛАСИТЬ ТЕБЯ К СЕБЕ ВО ДВОРЕЦ, ЕСЛИ БЫ ТЫ НЕ БЫЛ МРАЗЬЮ ИМПЕРСКОЙ! — в очередной раз оскорбляя и восхваляя одновременно, заявил черноклювый, переводя слова человека, сидящего напротив меня.
— Скажи, что я с удовольствием однажды приду к нему в гости с дружественным визитом. Да и не имперец я.
— КАК, КАР, ТАК? — захлопал он крыльями.
— Я пришёл из другого мира, и у меня довольно сложные отношения с ближайшей империей.