И нет бы успокоиться на этом… Но афиняне всячески подчёркивали свою победу, даже выделив потомков наложниц в отдельное сословие, отнюдь не привилегированное. Множество ограничений: начиная от запрета носить оружие и занимать какие-то должности, заканчивая запретом покидать Аттику.

Афиняне буквально упивались унижением давних врагов. И напрасно: потомки этрусков давным-давно были по крови греками, но такое отношение буквально заставляло их быть этрусками большими, чем этруски «настоящие».

Язык, религия, обычаи… они бредили своей исторической Родиной. И когда появилась возможность отомстить Афинам, сделали это не задумываясь, и стоит ли их за это винить?

Пусть потомки этрусков не могли занимать каких-то постов, пусть были ограничения в профессиональной деятельности… Но они работали слугами, массажистами при банях и в аналогичных «прислуживающих» профессиях. На их основе и была создана разведсеть Этрурии в Греции, а когда пришло Время, потомки этрусков не задумываясь подливали яд своим господам и клиентам, крали важные документы, совершали поджоги. Мало кто из них выжил, но своим былым угнетателям отомстили с лихвой.

Теперь немногочисленные выжившие, которых осталось всего несколько десятков, шли вместе с триумфаторами. Гордость Этрурии… Они уже прошли парадом триумфаторов на Крите, потом в Этрурии, теперь вот в Риме.

— Смотри, Савл, мой идёт, — размахивал руками какой-то плебей, показывая знакомцу родича, марширующего в войсках.

На меня косились, но не задевали — браслет снят, одет в тунику «Союзника» Рима. Чужак… но с привилегиями.

Крики, мерный шаг легионов, скрипит тяжело нагруженных повозок, оси которых прогибаются от тяжести трофеев. Больше десяти тысяч повозок! И ведь там не зерно, а драгоценные ткани, золотая и серебряная посуда, мебель из драгоценных сортов дерева, слоновая кость, пряности, ковры…

— Аве!

Толпа в восторге, римские граждане прекрасно понимают — настали времена Изобилия. Почти у каждого в войсках служил близкий родственник, так что доля трофеев причиталась большинству. Уже было объявлено о временном снижении налогов, о прощении задолженностей земледельцев и ремесленников государству… А главное — конкуренты были уничтожены.

В ближайшие десятилетия греческие Анклавы не смогут оправиться от такого удара. Уничтожив флот и армии, римляне и союзники сносят крепостные стены в захваченных городах, сносят наиболее красивые и значимые здания, не трогая только храмы. Ломают мосты и плотины, уничтожают дороги, вырубают сады и виноградники, режут стада.

Нередко забитый скот бросают в колодцы и прочие водоёмы, отравляя воду на много лет вперёд. Особенно часто такая мера применялась в труднодоступных горных районах — там, где не было смысла ставить гарнизоны, но имелась возможность партизанского движения.