Усиливаю напор на своего противника, гвардеец умело скрывается за щитом, выставив наружу лишь лезвие меча. На первый взгляд — пат. Со шпагой, пусть и тяжёлой, боевой, можно эффективно работать против доспехов, но не против щита. Но это на первый…

Делаю движение, будто собираюсь зайти за щит и кинув взгляд на выпуклый барельеф, который я без труда могу использовать как ступеньки, и…

… гвардеец купился! Он вскинул тяжёлый щит, а я продолжая движение в сторону барельефа, не заканчиваю его, а распластываюсь на мраморном полу и делаю низкий выпад!

Клинок шпаги пронзил ступню противника, я тут же, проворачивая клинок, тяну шпагу на себя… От дикой боли аргироаспид слегка опускает щит, закрывая ногу — инстинктивно. Зря… лицо у него остаётся открытым и противник тут же оседает на пол, с торчащим в глазнице метательным ножом.

Васька «случайно» добивает своего противника, после чего «неловко» отшатывается, задевая плечом жреца Кибелы. Тот влетел в ряды ворвавшихся аргироаспидов и не успевает ничего сделать, проткнутый сразу несколькими узкими мечами.

«Наши» хризоаспиды активизируются, добивая «чужих». Я тоже активизируюсь, вроде как спешу помочь… Выпад! Кончик шпаги входит в глазницу «нашего» гвардейца. Выдернув шпагу, отшатываюсь назад, уклоняясь от лезвия меча его товарища, и черчу кровавую полосу по запястью противника. Лезвие вспарывает тончайшую кольчугу, обильно хлещет кровь и гвардеец перекидывает меч в другую руку, роняя щит. Попытался перекинуть… Еле уловимое движение кистью, и лезвие шпаги перечёркивает ему горло, как раз между подбородочным ремнём и воротником кирасы.

Я банально быстрее — расовая абилка, а тяжёлое вооружение и доспехи хороши в строю, а не в такой битве!

Сделав бешеные глаза, оборачиваюсь к аргироаспидам и беззвучно кричу, надрывая голосовые связки «Предательство!» Читать по губам, особенно такие вот важные слова, в гвардии учат. И… вот я уже «свой» для среброщитных.

Вместе нападаем на «предателей» и «Серебряные щиты» умело связывают боем «Золотые», а заодно и остальных противников.

Серебряных щитов всего пять человек, но они — единое подразделение. Так что даже такие замедленные, они представляют собой достаточно грозную силу. Особенно с нашей помощью.

Всё, последний хризоаспид убит и… мы с Васькой убиваем недавних «союзников». Подло, грязно, эффективно…

… и это было бы невозможно, если бы они, ошарашенные недавним ментальным эффектом неведомого мне артефакта, могли работать в полную силу. Как бы высоко я не ценил свои бойцовские навыки, добрая половина гвардейцев не уступает мне, а ещё четверть — превосходит!