Я пристроился сбоку.

— Согласен. Вот только возникает серьезный вопрос: если орки погибли, то они возродятся в центральном отсеке, так?

—Да. Но мы не можем сидеть тут и ждать.

— А что случится, если я уберу «Стрижа» в «карман пустоты»? Точка возрождения будет работать?

—Нет. Если уберешь, то они воскреснут у ближайшего мегалита. Где именно и как далеко отсюда — неизвестно.

— Так я и думал.

Информация оказалась на редкость паршивой.

—Всё верно Вайоми. Прямо сейчас тебе придется осуществить сложный моральный выбор: дожидаться их появления, либо бросить Ар-Хакона и его «людей» на произвол судьбы.

— Ясно — я повернулся к остальным, выудив из кармана ингалятор здоровья — Стало быть, собираемся и выходим. И не смотри так на меня, Гер. Если мы останемся тут, то гарантированно сдохнем. А если уйдем, то у нас появится шанс отыскать зеленокожих товарищей посреди этой глуши. Причем раньше, чем это сделает Небесный Доминион. К слову, когда я умирал, то видел ближайшие точки возрождения. Как раз около часа ходу до ближайшей из них. С неё и начнем.

— Ты прав — кивнул танк — Все, кто останутся тут — не жильцы. Сто процентов.

— Хорошо. Тогда пошли. Берем только самое необходимое. Остальное я перемещу в «хранилище».

— Эх-х-х, а я все никак не нарадуюсь перспективе выхода интервью — продолжал радоваться Эстир — Уверен, через сорок восемь минут пятая точка Эрдамона Белара знатно подгорит. А его престарелое сердечко вдребезги разобьется, как если бы синекожая красотка вдруг сказала Эо, что уходит от него к господину Файру.

— Чего? — не понял я — Ты это к чему?

— А ты случайно ничего не посеял? Во время последней вылазки? — шаман улыбчиво продемонстрировал мне синий перстень — Гляди, что у меня есть. Как думаешь, сколько за него отвалят на аукционе? Это же золото, я прав?

— Оу… — смутился я — Благодарю.

— Не за что. А, ну и посох само собой. Видимо, для тебя уже традиция, терять его во время каждой серьезной стычки.

— И не говори. Если честно, то он меня уже порядком достал. Давно уже хочу поменять его на что-нибудь более компактное. Вот только руки всё никак не доходят.

Чуточку поколебавшись, Гундахар тяжело вздохнул, а затем шагнул мне навстречу и молча протянул криолитовый кол. Причем протягивал он его с таким видом, словно резал ножом по живому. Без анестезии.

—Так уж и быть, Вайоми. Держи. Но если повстречаешь игвов — об этом ни слова. Понял? У нас на Зунгуфе это было наиредчайшей привилегией. Лишь истинные воины могли получить право носить при себе столь грозное оружие.

Я покосился на десятки боевых засечек. И либо моё воображение всерьез разыгралось, либо в одной из зазубрин действительно застрял чей-то волос.