Пускай это останется сюрпризом, ладно? Я в любом случае скоро вернусь. Час, максимум полтора.

Хорошо. Но если через два часа тебя не будет в Убежище — я начну бить тревогу.

Мило. Однако вовсе необязательно — кровь, приливающая ко «второй» голове и без того активно меня подгоняет.

Все-таки ты — животное. Тебе говорили?

Ах, чья бы корова мычала, мой дорогой стихиалий… Так-с, а вот теперь прошу меня извинить… Кажется, у одной усатой ищейки по имени «его высочество» только что получилось унюхать след, ведущий к кое-чему крайне важному.

Поставив чайник на плиту, я повернулся к Гондване.

— Прости, ложная тревога.

— Ничего страшного. Я понимаю.

В столовой повисла неловкая тишина.

— Позволь поинтересоваться, — обратилась полудемоница. — Почему ты вообще разрешил мне остаться?

— «Исповедь» Диедарниса помнишь? «Я просто сражался не на той стороне…» Полагаю, это вполне применимо и к тебе.

— И это все?

— А ты хочешь прочитать заготовленную речь? Или поговорить начистоту? — посмотрел на нее я. — Все же очевидно, не думаешь?

— Просвети меня.

Налив в кружку чай, я уселся напротив.

— Последние недели ты живешь в вечном страхе, опасаясь в любую минуту попасть под раздачу как со стороны Фройлина, так и его отца. Вероятность чего, на мой взгляд, откровенно высокая. За тобой не стоит влиятельная семья, ты не из знатного рода. Раньше твоя безопасность зависела от остроухого засранца, но его переменчивое настроение и пошатнувшееся положение внутри клана, вкупе с изменой, могут привести к печальному исходу. Вот ты и здесь, — резюмировал я. — Возможно, между тобой и Эстиром действительно бурлит какая-то химия, а судьба распорядилась так, что минус на минус дает плюс, но я бы ставил на то, что во главе угла стоит шкурный интерес.

— Одно другому не мешает, — помрачнела девушка. — Будешь его отговаривать? Намекать, что я его использую, и вставлять палки в колеса?

— Глас гораздо проницательнее, чем кажется. У него богатый жизненный опыт, и он чертовски умен. Вряд ли у тебя получится запудрить ему мозги.

— А что, если это все обман? Что если мое появление — тайная операция? Где единственный способ выжить — обнулить тебя и твоих друзей?

— А ты и вправду допускаешь мысль, что я об этом не подумал? — отставив пустую кружку в сторону, я наклонил корпус вперед. — По-твоему, как долго ты здесь находишься?

— На кухне? Минут десять, — пожала плечами Гондвана.

— Увы, мы с тобой беседуем уже полтора часа.

Не совсем улавливая, что происходит, полудемоница медленно осмотрелась по сторонам.

Кофе остыл, салат в ее тарелке заветрился, две из трех лун за окном ощутимо сместились правее.