И только хвост мелькнул.
Может ли енот утрамбоваться в ма-аленькую дырочку?
Запросто! Не хуже канонического верблюда, которого протащили через игольное ушко.
На антресолях было пыльно, но Евгению на это сейчас было чихать… тряпка, нужна хоть какая тряпка! Ну хоть бы что!
Ага, есть!
Хватаем, тащим…
Соня выдохнула с облегчением.
Ее енот, словно бы понимая, о чем речь, вылезал с антресолей головой вперед. И в зубах у него было что-то вроде теплых панталон с начесом. Эти панталоны он и потащил хозяйственно за диван.
— Фууууу… ну и напугал же ты меня, хвостатый.
Енот развернулся и принес ей панталоны на колени. И даже заверещал извинительно.
Мол, возьми, мне для тебя ничего не жалко…
Соня рассмеялась, начесывая за ухом хвостатого паршивца.
— Ну ты и прохиндей…
И спине даже легче стало. А халат присвоила Марта. Ей он ужасно понравился, так что девочка потребовала его постелить на кроватку — и она будет в нем спать, как в гнездышке.
Соня согласилась, но только после стирки. И решила, что антресоли надо разобрать. Обязательно. Когда-нибудь.
Желательно ДО того, как енот выкопает там ядерную боеголовку или Янтарную комнату.
Кто их знает, этих енотов?
Глава 16
Рамира
Марина совершенно не рада была видеть рыжую лекарку. Но кто бы ее спрашивал и о чем?
А уж к разговору она и вовсе готова не была. Фелиция присела рядом, и ласково так поинтересовалась.
— Марина, ты Маркуса Отт любишь?
— Люблю, — кивнула Марина.
Фелиция хмыкнула. На ее взгляд, Марина врала, а значит, и терять было нечего.
— Я нашла некроманта, который делал арбалетные болты. Знаешь, кто их заказал и с какой целью?
Марина посерела на глазах.
После смерти бабушки, Маркус оставался ее последней опорой. И сообразить, что это даже не опора — у тебя под ногами болото, и в нем еще монстры плавают, это было слишком для восемнадцатилетней девчонки.
— Н-нет…
— Зря сомневаешься. Не знаю, что там предусмотрено для тебя, но сама понимаешь, нужен ребенок. А вот ты… необязательное приложение. Может, выкормить малыша Маркус тебе еще и даст, если тот от Евгения. А если это ребенок самого Маркуса, то вы ему будете сразу не нужны. Вообще.
— Врешь!
— Клятву дать? На алтаре, по всем правилам?
— Я… ты врешь! Не верю!!!
— А мне все равно, веришь ты или нет! Я точно знаю, а ты можешь только надеяться, что пожалеют, и убьют безболезненно.
Что оставалось делать Марине?
Правильно. Только расплакаться.
Фелиция вздохнула, но утешать ту дуру как-то не тянуло. Да и не получилось бы у нее, не было ей жалко Марину. Почему? А потому, что Марине тоже никого жалко не было. Щука — она ж не испытывает жалости, только голод, а если нарвется на того же сома, который отлично ее слопает, то ничего удивительного. Круговорот хищников в природе, круговорот хищников в высшем свете. Разницы никакой.