Все спереть не получится, но хоть что-то скрысить и уволочь к себе в норку! А Эжен — что⁈ Сам виноват! Мог бы и не лезть в чужое счастье!

Маркус для себя первый Марину приглядел! Вообще! Евгений мог ее и не трогать, найти себе кого-то другого для развлечений, вон, как ту брюнетку, Беатриче, или как там ее?

Неважно!

Это сейчас Маркуса не интересовало!

А вот кое-что другое уточнить стоило.

— Вы ведь мне не просто так все это рассказали?

Бескорыстная ведьма? Положите в кунсткамеру, сразу же за честным чиновником и непорочной актрисой. Верю-верю, и не в такие сказочки верю. В них и поинтереснее чудеса встречаются, к примеру, рыбы говорят и коровы летают!

Лариса усмехнулась.

— Абсолютно точно. Мыслей у тебя только о крошках состояния. А если получится загрести — все⁈

Маркус подавился воздухом.

— А… гхрррр! Е?!.

— Объясняю. Тут получается определенный риск. Но если ребенок не от тебя…

— Скорее всего.

— Вот. Если это твой ребенок, он рождается, ты определяешь отцовство, это будет возможно, и вы с Маринкой женитесь. Захочешь — потом разведетесь. Зато ребенок будет из рода Отт, признан отцом, и к тебе у алтаря претензий не будет. Какую выгоду получаешь ты? Это просто. Пока Евгения нет, я помогу тебе, чем смогу, и половину полученного с моей помощью ты отдашь Марине. Устроит?

— Допустим. Но это может быть не мой ребенок.

— А если это ребенок Евгения, то ты все равно определяешь отцовство и женишься на Марине. И становишься его опекуном. И получаешь полный доступ ко всем счетам. Если парень — до двадцати лет, если девушка — до восемнадцати. Хороший план?

— Вполне. А почему я не могу жениться на Марине сейчас? Чтобы ребенок родился в законном браке?

— Потому что алтарь. Если ты сейчас берешь Маринку в жены, что ты должен сделать?

— Привести ее к алтарю, ввести в род…

— Ага. С ребенком от другого мужчины.

Маркус вторично подавился слюной.

— Но… он же тоже будет Отт!

— Но тогда ты его усыновишь еще в утробе, с помощью свадебного ритуала. Или удочеришь, и это не будет наследник Евгения Н. Отт. Если я правильно помню ваши заморочки, женившись на беременной, и зная, что ребенок может быть не твоим, ты его принимаешь в род, как СВОЕГО.

Аргумент получился неотразимым. Маркус действительно не подумал о такой мелочи. Если бы даже Марина была беременна вообще неизвестно от кого, да хоть от грузчика портового, заключая алтарный брак и признавая ее ребенка своим на алтаре, Маркус получал действительно родного ребенка. Алтарь это мог. Это и с усыновлением работало, только усилий требовалось гораздо больше, а уж на зародыше-то — всегда!