Шаги. Кто-то идёт из другого конца зала. Энтони повернулся в ту сторону. Шаги приближались. Вот на свету появились ноги, обутые в лаковые чёрные туфли с серебряными пряжками.

Лицо… Такое же, как Максим теперь видит каждый день в зеркале. Но почему-то у клона волосы белые. А, ну да, одежда как у Люциуса Малфоя. Чёрные брюки, чёрный приталенный длиннополый пиджак. Разумеется, такого же цвета жилетка. И ослепительно белоснежная рубашка, воротник которой подпирает чёрная лента, скрепленная серебряной брошью. И, разумеется, трость. С серебряным набалдашником в виде головы змеи.

Остановившись, Энтони-Малфой поставил перед собой трость, возложил на неё кисти в чёрных перчатках. И, вскинув подбородок, уставился на Максима.

«А хороший прикид. Надо запомнить».

Перчатки, пожалуй, будет лишнее. А вот всё остальное неплохо, неплохо…

— Почему ты? — нарушил тишину Энтони-Малфой.

Энтони-Максим хмыкнул.

— Образ ты взял, — ответил он. — А вот правила вежливости куда-то испарились. Ты разговариваешь с аристократом и магом. Изволь соблюдать этикет.

Энтони-Малфой ещё больше задрал подбородок.

— Ты не аристократ, — процедил он. — Это я аристократ.

— Забавно, что моё же подсознание пытается быть самостоятельным, — с интересом произнёс Максим. — Видимо, во избежание раздвоения личности, ты забрал когнитивные проблемы слияния. Ну, тоже способ.

Энтони-Малфой молчал, так и стоя в позе «гордыня».

— Почему ты главный? — снова прозвучал вопрос в серебристом полумраке.

— Это очевидно, — ответил Максим. — Я сильнее.

— Чем?

— Всем. Если бы это было иначе, мы бы сейчас разговаривали ровно в противоположных позициях.

Беловолосый покатал желваки.

— Возможно, ты сейчас сильнее…

— Всегда, — прервал его Максим. — Не питай иллюзий. Это лишь вопрос времени, когда я полностью возьму под контроль второй археум. Ты сюда пришёл ровно потому, что это и происходит.

— Но ещё не произошло!

А Максим задумался. Какой был вообще смысл в том, чтобы формировать второе я? И нет, это не оригинальный Энтони. Это некий сгусток, собрание тех черт, которые он, Максим, просто бы не принял.

Но образ вот, стоит перед ним. Значит, в этом есть надобность.

«Физический предел? Слишком много магии для тела?»

— Я мог бы тебя убить прямо сейчас, — заговорил Максим. — И на этом бы закончился процесс передачи контроля. Но…

Блондин скривился.

— О, да, — процедил он. — Убивать ты умеешь. Интересно, ты хоть помнишь, сколько крови у тебя на руках? Скольких людей ты убил?

— Ты хочешь проверить, всё ли в порядке с моей памятью? — с лёгкой иронией поинтересовался Максим. — Благодарю за заботу. А теперь к делу.