— О чем ты, отец? — не понял трёхстихийник родича.

Из-за вопроса сына мужчина невольно нахмурился, но практически сразу расслабился.

— Ну да. Вы же не в курсе, — хмыкнул он. — Дом Ост и дом Болсеамон лишились своих глав, а нынешний правитель дома Креамх сейчас находится в состоянии комы. Случилось это прямо перед вашим приездом, но только пару недель назад раскрылась правда. В скором времени будут объявлены преемники.

Мириада сраных бед! Так вот почему всё было настолько тихо и гладко. Эта сука угодила в кому. Интересно, она успела кому-нибудь обо мне рассказать?

От услышанного в груди у меня разлилось доселе невиданное тепло, а сам я не мог поверить в услышанное. Вот только неуловимым образом взгляды парней скрестились на мне.

— Как это случилось, отец? — насторожено вопросил Эйсон, искоса поглядывая на меня.

— Не знаю, — поджал губы Вакар. — Как ни крути, но Ксант потерял в мощи, а еще…

Однако, довести сказанное до конца лорд не успел и осекшись, отчего-то посмотрел на меня.

— Что-то случилось, лорд Вакар?

— Не мне это следует говорить, — засомневался вдруг Август.

— Я настаиваю…

На миг воцарилась тишина, но тем не менее, собравшись с мыслями, мужчина продолжил говорить.

— Во-первых, тебя разыскивали посланники от юной госпожи Ксанта, но не отыскав тебя в лагере они убрались восвояси. Во-вторых, тебя также искали гонцы из дома Хаззак. Ну а в-третьих… твоего наставника подвергли остракизму. Он более не является служителем Ареса. Его лишили благословения. Да и правда о его истинном состоянии выплыла наружу.

Ирззу распутницу мне в жены!

Неожиданно, — задумчиво отозвалась Руна. —Неожиданно и… приятно. Тем лучше для нас. Ну да, конечно же, кое-что припоминаю… Выродок Арес не привечает слабых.

Для кого-то такие новости об остракизме могла звучать как проклятие, но лично для меня это потрясающие вести.

— Как такое возможно⁈ — шокировано выдохнул Эйсон. — Он же… легендарный Изувер! Он герой войны! Почему же с ним так поступили? Он… он…

— Прежний Изувер «мёртв», сын, — тяжело выдохнул Вакар. — Арес же не привечает слабых.

Как я и говорила! — с презрением сплюнула Истра. —Конченный урод и подонок! Когда-нибудь я выпущу ему потроха…

— Благодарю вас, лорд Вакар за то, что поведали правду, — благодарно отозвался я.

— Лорд Август, а что насчёт Бедствия Ксанта? — вклинился в беседу Илай, пытаясь сместить вектор беседы в сторону. — Почему в лагере так тихо? Разлом же открыт.

В штабе внезапно воцарилась могильная тишина и наши наигранно озадаченные взоры уставились на доминанта. По глазам становилось понятно, что отец Эйсона находится в смятении.