Грудной женский смех порой усиливался, а порой затихал, но кое-что оставалось неизменным — архидемон Пылающей Стали находилась в приподнятом настроении. Ей понравилось увиденное. Подперев ладонью щеку и уперев локоть в подлокотник трона, она с удовлетворённым видом наблюдала за тем, как разъярённый черноволосый юноша обезглавливал враждебного претендента.

— Неплохо, малыш, совсем неплохо. Казнил прилюдно наследника верховного клана Нифльхейм. Да еще и в такой унизительной манере, — радостно пробубнила Опаляющая себе под нос. — Уже прилюдно осмеливаешься бросать вызов владыкам Альбарры. Как погляжу, ты полон сюрпризов.

Однако пока мать упивалась победой Ранкара Хаззака, её дочь с каким-то трепетом и потаённой улыбкой на устах не сводила взгляда с изувеченного лица молодого мужчины. Она будто бы пыталась отпечатать его облик в своих мыслях.

— Занятно. Очень занятно, — продолжила вещать Марагна и подавшись чуть вперед, чем удивила окружающих, внимательно всмотрелась в зловещую гримасу человека. — Не вижу на твоём лице ни страха, ни колебаний, ни жалости, ни милосердия. Лишь решимость и… холодная ярость, — вот только последующие слова женщины изумили собравшихся еще больше. — Неужели я и вправдумалость ошиблась на твой счет? И что же я могла упустить? Неужели у тебя есть что-то еще?

— О чем вы говорите, матушка? — хмуро вопросила Искрида, глядя на родительницу.

— Секрет, моя милая, — расплылась в коварной усмешке Марагна, хитро подмигивая дочери. — Это секрет между мной и твоим… любовничком.

— Я слышу нотки недовольства в твоём голосе, — мрачно добавила девушка. — Ты сама одобрила его кандидатуру.

— Нет, крошка. Ты видимо не так меня поняла, — хмыкнула загадочно её мать. — Я лишь сказала, что он стал достойным тебя. Только и всего. Но судя по твоему лицу, ты была весьма рада увидеть его, а ведь он весьма грубо оскорбил твою матушку. Тебе совсем меня не жаль?

От услышанного Навия невольно побледнела, а брови Вальгрона нервно дёрнулись. Подобное откровение оказалось шоком. Лишь идиот осмелится оскорбить архидемона. К тому же столь могущественного и влиятельного как Марагна. Впрочем, изумленными оказались не только они, но и сама Искрида.

— О чем ты говоришь, мама?

— Да-да, моя милая, — лукаво изрекла архидемон, медленно поднимаясь с трона и прохаживаясь вокруг проекции, на которой крупным планом застыл силуэт черноволосого парня. — Всё именно так. Твой Ваерс Пустой и он же Ранкар Хаззак-Ксант угрожал мне. Можешь себе представить такое? Я вот нет! Мне уже лет сто никто не угрожал.