— Да, собственной персоной! — подтвердил я, улыбнувшись во все тридцать два зуба. — С кем имею честь?..

— Капитан второго ранга Сосновский, вахтенный офицер «Ингерманландии», — изобразил едва заметный поклон, я бы даже сказал, кивок, мой собеседник. — Вы готовы говорить с вице-адмиралом Клински́м?

Оп-па! Старина Константин Константинович, дальний родственник дяди Германа по матушке. А я ведь с ним даже лично знаком, пересекались на «Савве Морозове», и неоднократно. Давненько, правда. Лет пять назад. Или уже семь? Пофиг, если честно. Куда важнее тот факт, что я не знаю, горевать или радоваться. С одной стороны, вроде родственник… седьмая вода на киселе. С другой — насколько я припоминаю, с Германом Романовичем у него какие-то трения… были. Сейчас вообще не в курсе. Впрочем, какая мне разница? Вице-адмирал есть вице-адмирал, тем более при исполнении. На нём сейчас ответственность за сотню с лишним вымпелов собственной эскадры и несколько сотен претендентов на чужое добро.

— Да, можете подключать, — после секундной заминки согласился я.

Мелькнула было мысль, что негоже в таком виде и в такой обстановке представать пред светлы очи целого вице-адмирала, но охвативший меня пофигизм победил с разгромным счётом.

— Подключаю закрытый канал, — предупредил кап-2, и в его «окошке» связи возникла недовольная бородатая физиономия.

Вслед за бородой я рассмотрел фуражку, прищурился от блеска эполетов, и наконец перехватил пронзающий насквозь взгляд — точь-в-точь дядя Герман, когда меня за какой-нибудь каверзой ловил.

— Э-э-э… Александр Фёдорович?

— Приветствую, Константин Константинович, — коротко поклонился я. И не как кап-2, а нормально. Правда, с дивана встать не соизволил, чем и свёл произведённый эффект на нет. — Чем обязан?

— Неправильный вопрос! Правильный — кому обязан!

— Да кто бы спорил, сударь, — ухмыльнулся я.

Вот всё и встало на свои места. Правда, не совсем понятно, на кого именно вице-адмирал намекнул — на Скользкого Германа или на Хранителя… но я бы поставил на дядюшку.

— Это хорошо, что ты не споришь! — продолжил между тем Клинско́й. — Ну а раз не споришь, ответь-ка на вопрос: ты что здесь устроил, отрок⁈

— Я устроил⁈ — совершенно искренне прифигел я. — А мне казалось, что я жертва…

— Такой же скользкий, как и дядюшка! — рыкнул Константин Константинович. — Вот она, ваша Завьяловская порода!

— Вы так говорите, как будто это что-то плохое…

— Ну, хорошего точно мало! Так к чему весь этот бардак⁈

— Решительно не понимаю, к чему вы клоните, сударь. Это на меня напали… почти. По факту, устроили блокаду целой космической станции! И кто⁈ Спасательная служба! Так что это я жертва!