Но дядя был опытным интриганом, и я вскоре оценил его задумку, согласно которой он решил провести встречу именно на тренировочной базе спецподразделений ГСБ. Генерал шутливо предложил, перед тем как перейти к обсуждению планов вспомнить молодость, так сказать, тряхнуть стариной, и пригласил всех на стрелковый полигон, чтобы малость размяться. Постреляли, что называется, от души, патронов не жалели. Сначала стреляли просто по мишеням на количество выбитых очков, потом с выхватом оружия на скорость, стрельба от бедра, стрельба в свободном движении, стрельба с двух рук, и наконец слепая стрельба с завязанными глазами. Двое моих коллег резвились вовсю, мы с дядей участвовали в роли наблюдателей. Командир ЧОП стрелял хорошо, но было видно, что бывший спецназовец существенно его превосходил. Орлов стрелял просто отлично. После того как они закончили, Орлов, снисходительно поглядывая в мою сторону, заметил, что молодёжи тоже неплохо бы поучиться стрелять, в предстоящей операции это наверняка пригодится. Генерал пошутил, что не хотел расстраивать старую гвардию, а то молодёжь нынче пошла зубастая, никакого уважения к старикам. Было заметно, что шутка генерала задела Орлов, он насупился и заметил, что на словах все горазды, и что неплохо бы посмотреть, на что способен их коллега по проводимой операции, и попадёт ли он вообще по мишеням. Было видно, что оба полковника завелись, и я оценил всё коварство генерала. Тот лениво повернулся ко мне и как бы нехотя спросил: — Ну что, Дима? Покажешь мастер-класс? Следующие полчаса на огневом рубеже работал уже я. Конечно, мужики, особенно полковник Орлов, стреляли классно, но в пределах стандартных человеческих возможностей, за которые невозможно выйти даже при многолетних тренировках. Мне же, кроме тренировок, помогал ещё и талант, унаследованный от мамы, особая комбинация генов моего организма делала мою стрельбу близкой к идеальной. После того как я закончил стрельбу, Орлов не поленился подойти к мишеням, по которым отрабатывалось последнее упражнение — стрельба вслепую, с завязанными глазами. Полковник долго стоял, молча глядя на мишень. Потом развернулся и, не сказав ни слова, подошёл к нам. После чего мы дружно направились в баню. За всю дорогу до комнаты отдыха, где был накрыт стол, царило напряжённое молчание. Попарились славно, немного выпили, закусили и перешли к обсуждению планов и основных моментов по организации взаимодействия. В начале разговора, до тех пор отмаливавшийся всё время после стрельб, полковник Орлов