Доев салат и допив коктейль, Лариса откланялась, а я попросил официанта вызвать такси. На нём довольно быстро добрался до больницы.

Света была в сознании и даже в хорошем настроении. Увидев меня, она почти бодро поднялась с кровати, одетая в больничную форму. Мы поздоровались, и девушка тут же взяла меня в оборот. Ей хотелось знать всё о вчерашних событиях. Услышав, что она лично была со мной в СБ, пришла в ужас. А когда я рассказал про взрыв, просто спала с лица и чуть не потеряла сознание, еле успел её подхватить.

Бледную, я довёл учительницу до кровати и помог лечь. В этот момент открылась дверь, вошёл вчерашний пузатый врач.

— Прошу прощения, к вам посетители, — сказал он Свете. — Я попытался их отговорить, но они были весьма настойчивы.

Следом за ним в комнату вошла вчерашняя троица, допрашивающая меня во второй раз. Все под мощными щитами. Увидев меня, полковник скривился, как от зубной боли.

— Прошу прощения, — обратился он. — Думаю, вы понимаете, что я должен задать девушке несколько вопросов? В связи с этим настоятельно прошу вас покинуть палату.

Я перебрал целую кучу вариантов ответа, и один мне понравился, точнее, реакция на него:

— Понимаю, — улыбнулся я. — Но вдруг пригожусь, если возникнут какие-то спорные моменты? Вы сможете сразу уточнить. Да и мне очень интересно, что вчера произошло со Светланой, а так ей не придётся рассказывать всё несколько раз.

После краткого размышления полковник согласился, но выпроводил врача. «Детектор лжи» принёс два стула, мы расположились на них и уже стоявших здесь двух креслах. Света рассказывала свою историю практически без эмоций. Олег Васильевич почти не перебивал её, лишь несколько раз задал короткие уточняющие вопросы.

По словам девушки выходило, что утром в её дверь постучали. Когда она открыла, увидела высокую фигуристую шатенку. Света не поняла, что случилось, но врач сказал, её ударили по голове. Не магией, а чем-то мягким, но тяжёлым.

Очнулась учительница посреди комнаты, накрытая полусферическим куполом. И весь день пыталась если не отключить его, то хотя бы пробить в нём брешь. При себе у неё оказался макр, который она умудрилась опустошить до разрушения, полностью, но пробиться не смогла и потеряла сознание, когда в комнате стало совсем темно.

Как покинула купол, как оказалась на набережной и что она там делала, девушка не помнила.

Потом посыпались вопросы, но скорее для формальности больше, так как молодой парень, подтверждающий достоверность слов, ни разу не обнаружил лжи. Меня же вообще ни о чём не спросили. Вскоре троица следователей, сняв щиты, направилась к выходу из палаты, а внутрь зашла медсестричка, катившая стол на колёсиках с обедом.