— Самое время сделать девушке предложение, — неизвестно как подкравшаяся Коброва жарко зашептала мне на ухо. — Она безтотемная, проблем не будет. Этим и себя порадуешь, и её обезопасишь. Главное — старшей женой не делай, я как бы сама хочу, — хихикнула она и испарилась.

Не, ну что за язва? В такой момент и давать ехидные советы. Хотя, если подумать, то совет-то действительно дельный. Теперь точно буду героем ненавистной мной мыльной оперы, стопятисот серийной любовной истории. «– О, Афилия, будь моей? — Конечно, Эрнандо, я твоя навеки!». Тьфу, млядь!

Я поднял голову и оглядел розововолосую язву и Аманду. Они, не сговариваясь, синхронно кивнули мне. Да что вы киваете? Мне духу набраться надо, а не вот эта «женская солидарность», мать её. Ведь я впервые за две жизни собираюсь предложить, как там в этих романах для скучающих дам с кошками? Руку и сердце? Вроде да, но не уверен. Всё, я готов!

— Милая, — тихонько начал я рыжуле на ухо под одобрительными взглядами. — Выходи за меня?

Да, можно было изобрести кучу красивых слов, встать на колени, заказать хор из официанток и прочую дребедень. Но я и так перешагнул через себя, к тому же Надя права, эмоционально лучшего момента, более подходящего, я никогда больше не встречу.

Наташа замерла, её тело напряглось как струна, руки, лежащие у меня на плечах, начали вдавливаться в моё тело, грозя нешуточными синяками. Спустя невероятно долгих десять секунд она подняла на меня свои мокрые глаза, совсем не торжественно и неэротично шмыгнула носом и тихонько сказала:

— А как же колено, колечко? Хор и аккомпанемент? Солнышко на закате? Уверена, ты себе это так представлял, насколько я тебя узнала.

Вот уж тут максимальное попадание, неужели я настолько предсказуем? Я тут же упал на одно колено, стянул с себя колечко, которое не даёт посторонним определить ложь. Кажется, ей оно будет нужнее и важнее, учитывая охоту на её дар, и я, явно переигрывая, напустив в голос максимум пафоса, сказал:

— Милая Наташа! Выходи за меня! И пускай это волшебное колечко будет гарантом наших чувств.

Заржали все, включая меня и Наталью. И лишь спустя пару минут, когда мы, красные от хохота, немного подуспокоились, девушка милостиво протянула мне ладошку. На которое я, почти торжественно, всё ещё подхрюкивая, торжественно, насколько вышло, одел кольцо.

— Это же не украшение! — не спросила, а утвердила вмиг посерьёзневшая Наталья. — Это артефакт, причём чрезвычайно мощный. Это мне? Что он делает?

— Потом расскажу, — отмазался я. — Как-нибудь. На всякий не снимай. Но ты так и не ответила!