— Я не буду больше слушать весь твой бред! — прохрипел Александр, сплюнув на землю кровавый комок. Видимо, приложили его очень не слабо. — Какие-то интриги, какие-то миссии, тренировки… кому всё это нужно? Почему нельзя жить нормально, как простые люди?

— Мы не простые люди, сын, — спокойно произнёс Чесноков-старший. — Нам даровано больше, чем молчунам, но и спрашивается с нас тоже строже.

— Я это всё уже слышал! — в голос заорал Александр. Он дёрнулся, попытался вырваться, но «офицеры» держали его крепко. — Я не хочу ничем жертвовать! Не хочу никого убивать якобы потому, что стану сильнее! Все твои слова — не более чем старческие бредни!

— Сынок, — Чесноков-страший удручённо покачал головой. — Ты на финишной прямой. Остался последний шаг. Ты обретёшь силу, которая мне и не снилась.

— Нет! — ярился Александр, пытаясь вырваться из крепких рук. — Пошёл к чёрту!

Чесноков-старший тяжело вздохнул и некоторое время молчал, глядя куда-то сквозь сына.

— А вот враги нашей семьи, — наконец произнёс он. — Такими вопросами не задаются. Семья Егоровых превратила свою младшую дочь в настоящего монстра, уже мало похожего на человека. С её добровольного согласия. Семья Язовых активно сотрудничает с гостями из иных миров, изучает эту так называемую магию, — Чесноков-старший закатил глаза, показывая, как он относится к такому явлению, как колдовство. — А уж про Яранских я вообще молчу. Совсем молодая семья, они начали стремительно усиляться несколько лет назад, и в будущем, я уверен, станут серьёзной проблемой. А тут выходишь ты и говоришь — не хочу. Нет такого слова «не хочу», сынок. Есть слово «надо». Если ты любишь свою семью, своих близких — ты должен отказаться от любви ко всему, что тебе дорого. Без исключений. Убить в себе всё человеческое. Это единственный путь к обретению силы и спасению семьи.

Александр молчал и ничего не говорил. Только злобно сопел, глядя на отца. Он явно уже не раз слышал похожие речи. Они больше не производили на него впечатления, как раньше в детстве.

— Спрашиваю тебя в последний раз, сын, — голос Чеснокова-старшего стал холоднее. — Ты любишь свою семью?

— Да! — взорвался Александр. Ему почти удалось высвободить руку, но «офицеры» сработали слаженно и не дали вырваться пленнику. — Люблю! Всех, кроме тебя, урода! И Галю я убивать по твоей прихоти не буду!

Заплаканная девушка посмотрела на Александра перепуганными глазами и разрыдалась. Под «Галей» явно подразумевалась она.

У Ильи засосало под ложечкой. Он понял, что очень не хочет видеть то, что произойдёт дальше. Но Речь не оставляла ему выбора. Зачем-то таинственная сила хотела, чтобы он знал всё о жутких скелетах в шкафах своей семьи.