На пару мгновений повисло тяжелое молчание и всё обдумывали мои слова.

«Ну и дурак, раз он думал, что ты такой же как и остальные Картары, — засмеялся Некто».

— И кто же это? — нахмурено и недовольно спросил Де-Балойр, который, похоже, не ожидал от меня такого ответа.

— Моя жена, ВальдХэрри, — спокойно ответил я.

— Если я не ошибаюсь, то она только Верховная, верно, Верестан? — вопросил Гавилат с нескрываемым интересом.

— Если я не ошибаюсь, то она просто слабачка… — выплюнула ламия.

— Для меня ты тоже слабачка, но ведь не бегу трубить об этом по всему Инферно, — заметил я.

Фолгор уже просто нагло ржал, а Сеовин и Хаееолс весело ухмылялись. Тидниаса видя, что ситуация уже в который раз не её пользу, лишь презрительно фыркнула и села вновь на место.

— Информация о тебе была правдива. Обид не прощает, за словом в карман не лезет, — высказался Фолгор.

— Вовсе нет, я веду себя так, как ведут себя со мной другие, только и всего, — обыденно ответил я Архидемону. — Ну, так что скажите? Я присмотрю за одним манором, а второй получит моя жена. Даже могу вас заверить, что Хэрри и не подумает воевать с вами, либо лезть в ваши игрища, само собой, пока кто-то её не тронет.

— Хорошо, если она будет достойна трона Архидемона, или будет сравнима с нами по силе, то пусть будет так, — всё также хмуро кивнул Арлас.

— Я всё равно против, — вновь заканючила Архидемоница Тумана, а большинство её соратников уже закатили от подобных речей глаза. — Она ведь дочь Ра-Роска! Она ведь его ставленница! Это нарушение законов совета!

— Ладно, Тидниаса, я повторюсь еще раз, чтобы было понятнее, — устало вздохнул я, потирая глаза. — К примеру, если ты, либо мой тесть, либо сама ВальдХэрри, или вы все вместе начнете мутить воду, или это как-то начнет влиять на равновесие Орсилая, то я попросту уничтожу этого разумного. Так понятнее?

— А силёнок хватит? — едко осведомилась она.

Тяжелых вздохов в зале стало еще больше.

— Будь добра, Тидниаса, скажи, ты когда-нибудь сражалась с Архидемонами?

— Не мели чушь, само собой! — довольно кивнула она.

— Отлично! — улыбнулся я ей. — А с рилимами, скажем, с парой десятков потягаешься? Или может кто-то из здесь присутствующих сражался с ними?

На мгновение в зале возникла давящая тишина, но никто так и не ответил.

— Нет? Так вот, Тидниаса, я сражался и не с двумя десятками, а с куда большим числом, — холодно проговорил я. — И если мне кто-то не верит, я могу прямо сейчас устроить вам встречу, у меня на примете есть один Мёртвый мир, рилимы и пожиратели меня там здорово невзлюбили. Желающие есть? Нет? Плохо, — скучающе заметил я. — Но если хочешь, Тидниаса, я могу притащить их в твой манор. Или лично к тебе в руки. Хочешь? — осведомился я у слегка ошеломлённой ламии, до которой, наконец, дошло, что я вовсе не шучу.