То, что приходилось полагаться на вот эту вот присказку, тыкая факелом в темноту и надеясь, что оттуда на меня не выскочит очередной паук, меня определённо не радовало. Я хоть и знал теперь, как с такой скотиной бороться и чего от неё ожидать, но желания с ней встречаться это мне ни разу не прибавило, уж поверьте. Даже наоборот: очень уж ярко в памяти отпечаталось чувство вгрызающихся в плоть хелицер…

Поэтому, наверное, я воспринял появление белесого прямоходящего скелета с каким-то вырвавшимся изнутри облегчением. Не испугался, не отпрянул, а обрадовался, чуть ли не как старинному приятелю.

Которого, правда, надо как-то убить, — или упокоить, нежить же, — но это уже частности.

Двигался самый обычный человеческий костяк неспешно, рвано и совсем не так, как я представлял себе движения порождения чудовищной некромантии. Медленный, неповоротливый, не в пример менее пугающий, чем паук, скелет даже вооружён не был. Но кое-чем всё равно удивил: когда между нами осталось не больше пяти метров, я смог разглядеть его, так сказать, «плоть». Тусклое голубоватое свечение, канатами, верёвками и нитями связывающее кости и выполняющее роль этаких мышц. И хоть свечение имело место быть, даже на костях самого скелета этот свет не играл, словно и не было его в материальном мире.

«Алхимик может видеть магию, не иначе» — подумалось мне перед тем, как пришлось срочно отмахиваться кинжалом от руки нежити. Лезвие с неприятным скрещуже-стучащим звуком столкнулось с костьми, но нечеловеческой силы в ударе я, позволив руке с кинжалом скользнуть в сторону, не ощутил. Отступил исключительно в силу осторожности, и то — очень зря, так как скелет продолжать наступление не торопился. Он выпрямился, установил равновесие и, клацнув челюстью, приподнял обе руки, будто бы желая меня напугать… или схватить: очень уж характерно он бросился вперёд, задорно постукивая ногами по каменному полу.

Аккуратно перехватив кинжал обратным хватом, — уж что-что, а колоть так будет как будто бы удобнее, — я выставил перед собой факел на манер копья: убить не убью, но приторможу тварь и, если что, запихну дощечку ему в пасть. А то больно активно он челюстями щёлкал: никак окажется, что местные скелеты кусаются не хуже зомби какого. Ну а в следующую секунду, пойдя в лобовое столкновение с нежитью, я снова оказался на полу.

«Дорогой дневник, мне не подобрать слов, чтобы описать всю ту боль и унижение, которые я испытал сегодня…» — промелькнуло в голове, когда на удивление тяжёлая груда костей, навалившись сверху, потянула костистые руки к моему горлу. Гений, что б меня! Как ещё могут убивать скелеты⁈ Забивать кулачками до смерти? Царапать фалангами пальцев? Нет: только грызть… и душить. Им ведь наплевать на то, что я попытаюсь придушить их в ответ. В глаз не ткнуть, да и просто боли не причинить — нежить же! Благо,[Хладнокровие] было со мной, и я успел прикрыть левой рукой горло. Не без потерь: факел извернулся так, что пламя едва не облизало кожу на правой половине лица, да и сейчас я отчётливо ощущал его голодный, пульсирующий жар, гармонично дополняемый вонью тлеющих волос. Ещё и скелет не сдавался, пытаясь дотянуться лапами до своей цели, а челюстями пока ещё неловко, но с каждым мгновением всё увереннее примериваясь к моему локтю.