— Я не собирался с тобой сражаться. Это не мой выбор, — пробормотал я, вспоминая, как именно Яндор с товарищами первыми напали на кристаллида, а затем он чуть не убил меня. — Но, если придется, мы тебя уничтожим.

Несколько минут ничего не происходило. Мы лишь обменивались образами. А затем я отчетливо ощутил, что пирамида наконец приняла решение. Пока ее защищают, пока она собирает информацию, она готова действовать и делиться знаниями. Но не просто так, а в обмен на ресурсы. Словно покопавшись в моей голове, кристаллид вытащил на поверхность таблицу Менделеева. А затем на ней загорелось несколько символов.

Золото, платина, палладий… затем изображение на мгновение пропало, и в голове запульсировали новые картинки, теперь уже точно выкорчеванные из моей памяти: ядерные взрывы, испытания и уничтожение флотилии ящеров. Ядерные реакторы и наконец элементы: уран, нептуний, плутоний!

Яркость картинок зашкаливала, кристаллид не просто согласен был принять эти элементы, он их жаждал. И я ощутил, что он готов на все, лишь бы получить эти материалы. Любые схемы, любое оружие, какие угодно артефакты — все! В обмен на укрощённую человеком силу атома. Стоило нам обменяться информацией — как меня выкинуло наружу.

— В чем дело? — недовольно спросил Яндор, когда я, сжав зубы, растирал виски в попытках избавиться от жуткой головной боли.

— Пирамида не будет нас слушаться просто так. Но согласна на обмен, — сказал я, с трудом приходя в себя. — Приказать ей просто создать что-то не выйдет.

— Они род предателей, ты должен подчинить эту тварь! — с вызовом сказал Яндор.

— Слушай, друг, я тебе лично ничего не должен, больше того, я ради тебя уже много чего сделал, а если ты забыл — могу напомнить. То, что ты тут сидишь живым, — уже моя заслуга. Так что, если хочешь и дальше работать вместе, уйми свою гордость и достань золото. Не сомневаюсь, что в ваших шахтах его должно быть достаточно, — выходя из себя, ответил я.

— Хорошо, друг. Я тебя понял, — поджав губы, ответил бородач. — Будет тебе золото.

Развернувшись, их группа отправилась восвояси, я же вернулся в главный корпус, где меня уже ждала Зая. Вот только уединиться нам не дали. Возле дверей ждала большая толпа самого разного вида людей всех возрастов и материального положения. Похоже, те самые добровольцы, которых обещал Борис.

— М-м, зайка, — прыгнула ко мне в объятья девушка, когда я только зашел в комнату, а затем впилась в мои губы поцелуем. И только отстранившись, наморщила носик. — Тебе бы помыться, а то кровью не просто пахнет, жутко воняет.