— Тебе сильно повезло, Генри, — подал голос лысый. — Не знаю, как ты добирался, но тут ты по самому краю прошел. Тут в двух шагах территория стаи.
Я вопросительно покосился на него.
— Мутировавшие собаки. Шавки дикие. Отожрались. — Со злостью выплюнул он. — Три квартала вымерло.
— Так, перестрелять… — осторожно предложил я.
— Пока стрелять будешь, они резину сгрызут. — Вставил долговязый. — Потом тебя. Им пули — тьфу.
— Туда даже черные не лезут. — Задумчиво кивнул белобрысый.
— Живучие, умные, чертовски быстрые, — медленно проговорил босс, подтверждая.
«И очень вкусные», — хотел было добавить я, но вовремя прикусил язык.
Глава 4
Машина выруливала в сторону центра города — изредка водитель объезжал завалы на улицах, сворачивая севернее или южнее, но общее направление угадывалось — перед капотом уверенно держались серые высотки делового центра. Скорость у нас была так себе — миль двадцать-тридцать в час, иногда падая до уровня хромого на обе ноги пешехода, когда приходилось пробираться через железный хлам или притираться вплотную к домам, чтобы объехать поваленные деревья. Сопровождающие держались настороженно — громких разговоров больше не было, хотя от скуки все равно перешептывались, выглядывая сквозь окна-бойницы.
Через какое-то время попутчики изрядно расслабились — видимо, пошла «безопасная» территория. На всякий случай я запомнил ориентир — разбитое двухэтажное здание справа, сгоревшая вывеска «Пицца Доминго» слева, но особо повертеть головой не дали: меня вновь принялись расспрашивать — откуда я такой удачно взялся. Я же, прикинув, что историй на два года путешествия все равно не придумаю, всунул все «выпавшее» из реальности время в «жизнь у родни в Шайенне, штат Вайоминг», осточертевшую настолько, что решил сбежать и пробовать что-то делать с документами, оставленными у шефа. Для правдивости рассказал о взаимоотношениях с матерью и отчимом — там было что вспомнить, но и пары-тройки односложных предложений хватило. Лезть в душу никто не планировал — без разницы им было, в общем-то, на меня — в пути просто тошно ехать в тишине. Судьба моя от этих разговоров вряд ли изменится — меня нацелились привезти и сдать, а дальше не их проблемы. Пригожусь — отлично, от босса отстанет мэр. Не пригожусь — зато теперь у них есть ключ от ломбарда, и можно будет засесть прямо в нем, а не мерзнуть на верхних этажах «Кэпитал Тауэр». Видимо, оттуда меня и углядели.
То, что я почти местный, никак ко мне не расположило — скорее, вызвало усмешки — я, наверное, слишком перестарался, вставляя в разговор мелкие детали, имена известных в городе людей и названия заведений.