Группировка «Вайта Бэй» рубила железо, грузила в вагоны и отправляла на юг Калифорнии — там их переплавляли на запасах угля два года назад остановившейся электростанции, металл перековывали в лопаты, грабли, молотки и весь тот хлам, который раньше шел от китайцев, но за два года был сломан или утерян. Когда-то «Вайта Бэй» хотели просто брать с каждого проходящего поезда процент — и забазировались в здании вокзала. Но приехали военные и выбили треть группировки, наглядно объяснив, что железную дорогу трогать нельзя. С тех пор банда откочевала в сторону стадиона и занимается условно честным делом — правда, используют рабский труд, не особо церемонясь с правами человека… Так что с Ральфом и компанией мне, может быть, даже повезло — наткнись я на эту банду, еще не ясно, как все повернулось бы…

Поразмыслив, пришел к выводу, что, если бы не геноцид, устроенный армейцами, именно Вайта Бэй владели бы городом. С юга, вместе с лопатами, приходило какое-никакое оружие — арбалеты и болты к ним. И только «Вайта Бэй» решали, кому в Вигстоне это все продать. Огнестрел, порох, гильзы — за два года или потрачено, или приберегается на совсем уж черный день. На военных складах сидели армейские, которые делиться не желали. А жизнь становилась все опаснее, поэтому спрос был — община «Грин Хоум» те же арбалеты покупала. Рано или поздно дойдет до мечей с копьями…

Ну, а так — главной властью в городе был мэр. С его-то талантом договариваться, не мудрено… Хотя, если бы не люди из десятков мелких общин за его спиной — пристрелили бы, и никакой талант бы не помог.

Отдельной строкой шли бродячие торговцы — банды на нескольких добронированных грузовиках или автобусах, закупавшиеся где подешевле чем угодно и отвозившие это туда, где дороже дадут. Относились к ним со здоровым подозрением — никто не знал, купили они свой товар честно или отняли. Но торговцы были единственными поставщиками специй, соли, химикатов, консервов и оружия с порохом на продажу — а значит, были необходимы крупным общинам, которые охотно шли на обмен. В Грин Хоум торговцы ждали сбора урожая, готовя кузова под картошку. Говорят, повезут на север — тут я насторожился.

Было над чем подумать. Это, в общем-то, и было основным занятием — тем более что с кровати никто не гонял.

Так что вызов на четвертый день, признаюсь, я воспринял с понятной долей лени и нежелания. Быстро переборол, правда — я тут в роскошных условиях, пока готов работать.

— Ты Генри? — Заглянул в комнату мужчина средних лет, традиционно выбритый налысо, как у них тут заведено, в белом халате. — Одевайся, у выхода ждут. — Не дожидаясь ответа, дверь закрыли.