— Поздравляем с победой барона Багратионова! — выкрикнул распорядитель, принижая меня в титуле. Вот же ублюдок. Он ведь знает, что я граф.

Я поднял руку вверх, приветствуя публику. Дамы влюблённо посматривали на меня, мужчины смотрели оценивающе, пытаясь понять, смогли бы они одалеть меня или нет? Бой вышел лёгким, мне даже не пришлось использовать покров маны. Однако, не успел я покинуть центр зала, как из толпы шагнул мужчина, выглядевший крайне уверенно и даже дерзко.

— Барон Багратионов, меня зовут Иван Тимирязевский. Я аколит, почти достигший ранга магистра! — громко произнёс он, чтобы слышали окружающие. — Для меня было бы честью скрестить с вами мечи. Что скажете?

Я с трудом сдержал вздох, рвущийся из груди. Привлекать лишнее внимание сейчас было бы верхом глупости. Согласись я — и весь вечер буду сражаться с десятками дураков, которых заставляет идти в бой алкоголь и чувство собственного величия.

— Благодарю за предложение, но… — попытался я отказать, но в центр зала шагнул сын Юсупова. Он был в ярости…

— Боюсь, я вынужден вас опередить, — жёстко сказал он, глядя прямо мне в глаза. — Я вызываю на дуэль этого молодого выскочку!

На балконе тут же показался Император.

— Какие у вас основания для дуэли? — спросил он негромко, но его голос отчётливо прозвучал в напряжённой тишине зала.

— Он оскорбил мою честь, ухлёстывая за графиней Ярушиной! — с ненавистью ответил Юсупов, не отводя взгляда от меня.

Толпа зашепталась, а девица, с которой я танцевал, покраснела. Так вот ты кто? Графиня Ярушина, значит. Однако, я-то знаю, что предлог для дуэли надуманный. Вот же гадство. Похоже, их чёртова семейка не успокоится, пока все мужчины рода не отправятся в дурку или на кладбище.

Император кивнул с едва заметной улыбкой:

— Да будет так. Барон Михаил, принимаете вызов?

Я тяжело вздохнул.

— Принимаю. Какие будут условия дуэли?

Юсупов улыбнулся, показывая зубы, словно хищник перед прыжком:

— Никаких ограничений. Сражаемся до тех пор, пока один из нас не умрёт.

Я пожал плечами и кивнул. Прекрасно. Я догадывался, что битва не будет простой формальностью. Но надеялся, что этот дурак не подпишет себе смертный приговор.

Поединок начался мгновенно. В руках Юсупова блестнул боевой клинок, а я же был вынужден сражаться с тупой железкой в руках. Он атаковал с неожиданной свирепостью. Меч двигался быстро, постоянно меняя траекторию движения. Мы обменялись серией ударов, клинки звенели, выбивая искры. Внезапно Юсупов наклонился ко мне и прошипел прямо в лицо:

— Выродок, это из-за тебя, мой отец спятил? Не отпирайся! Я всё видел!