Я хотел подумать над следующим шагом. Пытаться удрать от существ или дать им бой? Но чёртова гарпия смешала все карты. Тварь спикировала с небес в момент, когда часть ребят перезаряжала оружие, а остальные были заняты отстрелом птеросов, которые так и норовили перевернуть сани.
Когтистые лапы гарпии вцепились в руль снегохода и резко дёрнули его налево. Заревев, снегоход на всём ходу влетел в витрину магазина с вывеской «Хозтовары». Разбитое стекло полетело во все стороны, посекло меня, гарпию, а ребята на санях так врезались в снегоход, что их выбросило из саней и впечатало в стену. Я не вылетел из седла лишь потому, что приложился грудью о руль.
Ну что, кашевар? Хотел узнать, стоит биться или бежать? Теперь выбора просто не осталось. Вытерев кровь, заливающую лицо из пореза на лбу, я хищно ухмыльнулся и размозжил дёргающейся в конвульсиях гарпии голову. Окинув ребят взглядом, я понял, что Леший и Макар в отключке. Серый и Артём так приложились головами, что не понимают, где они находятся. Прекрасно.
Значит, я могу рассчитывать только на себя. Впрочем, как и всегда. Ступая по хрустящему стеклу, я вышел из магазина. Вдохнул воздух полной грудью и, что было мочи, заорал:
— Приятного аппетита, сволочи!!!
Глава 23
Ветер гудит, словно шум толпы. Снежинки падают на голову, как конфетти от хлопушек. Для вас на арене цирка выступает сильнейший маг Дреморы. Михаэль Испепелитель. Владыка хаоса, покоритель драконов, глава пламенного ордена, сеятель смерти. Властелин каши, хозяин Ленска и просто сумасшедший, вышедший биться один против десятков тварей.
Я уже говорил вам о том, что я архимаг? Уверен, что этим я уже все уши вам прожужжал. Да, я был велик! Одно заклинание и… Ну, вы знаете. А сейчас надо мной кружится стая голубей. Таких уродливых огромных голодных голубей, которые с радостью разорвут меня на части. А я сейчас не так силён, чтобы прихлопнуть их одним-единственным заклинанием. Или я прибедняюсь?
Хе-хе. Раскусили. Конечно же, великому мне под силу прикончить этих крикливых летунов. Но ради этого придётся использовать древнее как мир заклинание. Да и не столько это заклинание, сколько проклятье, у которого имеются серьёзные последствия. Как здорово, что последствия эти на меня не распространяются.
— Старшина, открыть рот! — рявкнул я, призвав Огнёва.
Он хотел было возмутиться, но я запихнул пригоршню жемчужин ему прямо в пасть. А что было потом? Верно. Я поддел его молотом и со всей силы подбросил вверх.
— Сука-а-а!!! — заорал Огнёв, летя в голубую высь.
— Соблюдайте субординацию, старшина! — самодовольно выкрикнул я и дал дёру.