Шесть тысяч и три. Ровно столько шагов прошел я по гребню длинного рукотворного холма сложенного мощной техникой из пустой породы вынутой с глубины в полкилометра. А затем обманчивое спокойствие мирного дня разрушилось в мгновение ока — я услышал приближающийся рокот чужих моторов.
Услышал не я один — шедший по гребню соседнего холма Косой Ильяса подпрыгнул, замахал руками, неуклюже ринулся вниз по склону, крича на узбекском и русском языках. Значение выкрикиваемых слово одно и то же — чужие машины идут сюда полным ходом. Автобус издал надсадный гудок, но, хотя бы на этот раз, тормозить не стал.
Я остался спокоен — пока что. Было слышно два мотора, звук не слишком басовитый, доносится спереди, машины идут нам навстречу. На крыше высокого грузовика, наполовину высунувшись из пулеметного гнезда, замерла Инга, глядя вперед через прицел снайперской винтовки. По бокам от нее два русских парня вооруженных автоматическим оружием, столь же напряженно выжидают. В случае чего им придется стрелять поверх автобуса, а ведь на его крыше гомонящие люди. Впрочем, я не слишком переживал за людей Бессадулина. Моих друзей среди них нет, а они ребята взрослые, значит, должны заботиться о себе сами. Показавшийся из открытой левой двери грузовика Борис что-то ревет в рацию, злобно глядя на сильно помятый в нижней части зад автобуса. Грузовик постарался вчера, когда буквально играл автобус в мячик, безжалостно толкая его вперед.
Услышавшие приказы Бориса пассажиры автобуса поутихли, перестали потрясать оружием в попытке подбодрить соседей и самих себя. Перестал, наконец, протяжно вопить автомобильный гудок.
Тут-то и показались гости дорогие — из соседнего отворота, подпрыгивая на осыпавшейся породе, вылетела массивная машина, в прошлом бывшая внедорожником, не иначе, если судить по остаткам признаков. Крыша срезана, фар нет, стекол нет, на бампере как-то закреплено несколько человеческих черепов, в салоне несет пятерых бородатых бронзовых мужиков. Следом за первой вылетела и вторая машина — я внутренне вздрогнул при виде оранжевой краски. Хурма…. Это точно Хурма Андрея так же срезана крыша, исчезли дверцы, пропали багажник и капотная крышка, внутри четыре орущих пассажира. Украшения такие же как на первой машине — кости. Что-то вроде сложной гирлянды из костей и черепов болтается спереди.
Машины вылетели нагло, уверенно, не скрываясь. Они сразу показались кто здесь хозяин, надсадно вопя уцелевшими сигналами, их седоки большей частью стояли на ногах, взорами жадно выискивая добычу.
Искали и нашли — сначала они увидели прущий вперед автобус набитый одними только вооруженными и крайне напряженными мужиками. А затем уткнулись взорами за идущий следом массивный грузовик больше смахивающий на кошмарную тварь порожденную радиацией. И разом затормозили, заскрипели испуганно тормозами. Надо отдать должное — решения гости принимали быстро. Им хватило минуты для слаженного маневра — задним ходом убраться в узкий проход, под защиту холмов.