Его вскинутое правое колено — проигнорировал, тем более противник одновременно выпрямился, по-дурацки раскинув руки в стороны «типа крылья». Я ушел вперед и влево — по диагонали, выходя на удары. Однако, прямой удар ногой в живот, за которым он должен был провалиться как раз на мой кулак, не последовал, Макс топнул ею по ковролину, вновь садясь в низкую стойку. Он ушел этим маневром от моей правой в голову. И одновременно с «топаньем» его левая рука широким взмахом врезала мне ребром ладони по печени.
Боль побила брюшину и на миг перехватило дыхание. Но это не помешало мне бросить удар левой, что по идее должен был притормозить его контратаку. Кулак проскочил мимо ладони с растопыренными пальцами, но и Макс ожидаемую серию не продолжил. Черт знает, что у этих восточных ерундовин по плану идет.
Три быстрых сокращения брюшного пресса, с имитацией дыхания — показали, что все нормально. Печень целая и дышится сносно, боль же только злит, хотя «плавающие ребра» возможно и повреждены.
Мне приходилось всегда драться с рослыми противниками, поэтому руки в боксерской стойке держал высоко. А Макс своим приседом привычность эту нарушил. Следующие пара минут моих непрерывных серий очень конкретно показали неудобство такого противника. Чертов эльф оказался поклонником какой-то восточной школы, из числа адептов что целыми днями стучали в залах по вертикальному бревну с торчащими палками. Не сразу и название то вспомнилось этого древнего тренажера: МуРенДжан. Боксеры над ними всегда посмеивались, но «восточники» на то и ухом не вели, а вот точно с такой же усмешкой, какая кривит сейчас тонкие губы Макса, долбили и долбили…
Но факт, на ближней дистанции его длинные руки извивались как змеи, обходили, оплетали, сдвигали каждый мой удар. Пару раз удалось достать ненавистную физиономию, но вскользь. Нокаутер из меня сейчас и так был не ахти, да и банально веса не хватало. Макс же, тем временем, не просто оборонялся, а то и дело попадал мне ребром ладони то в лоб, то в плечо. Не очень сильно, все же ладонь не кулак — убойность послабее будет, но все же встряхивало, так что если бы я на автомате не дергал головой, уходя от удара, нокдаун бы уже прилетел по любому, а то и не один.
Можно было бы попробовать измотать приверженца низких стоек, но вот только несмотря на тренировки последних дней, я был еще далек от хотя бы удовлетворительной формы. Макс же, зараза, даже не запыхался.
Но вот еще обмен ударами, и губа вспыхнула болью. Я почувствовал, как во рту посолонело, а подбородок защекотала струйка крови. Эльф усмехнулся еще гнуснее и показал, что согнул пальцы во-вторых фалангах, сложив ладони в «лапу леопарда», увеличив свои и так длинные руки сантиметров на пять, после чего и достал меня костяшками. И еще раз. И еще! Не сильно, по скулам, но синяки будут.