И это, похоже привело огогоней в неистовую ярость. Над окрестностями раздался многоголосый «губной скрежет», невидимых врагов что висели где-то над нами, а на цветочную поляну-ловушку, обрушился целый вал «вакуумных взрывов». Грохот канонады заглушил все звуки.
Огненная волна дунула и в нашу сторону, тряпка тента под напором горячего воздуха колыхнулась, загибаясь под телегу, затлела. Мы же неподвижно прижались к земле, молясь о том, чтоб не заметили.
А огненные твари, начали носиться кругами, время от времени попадая нам в поле зрения. Мы видели, как они с завыванием сплющиваются, порождая в недрах своих морщинистых тел заклинание, а потом со звуком стреляющего орудия изрыгали огненные шары, раз за разом обстреливая одну и ту же площадь.
Похоже заклинание это у них не обладало хоть какими то ограничениями, кашляли им без пауз и замедления, медленно, но верно снося жаропрочным цветкам здоровье. Если бы не клубы дыма, окутавшие окрестности, проносящиеся над нами огогони наверняка бы нас заметили. Их красные агро-ники, однозначно говорили о прямой опасности. И в общем-то не факт что они нас не заметили, возможно попросту пара неподвижных гномов для операции «спасение икры» были не в приоритете.
Девушка лежала, покрытая копотью, но волосы — распушившиеся от жара, прикрывали ее голову словно шапкой, так что она похоже практически не испытывала от пламенных зарядов урон. Я невольно позавидовал — мне-то макушку, с короткими волосами припекало, хотя… Идея!
Я ухватил свою жаропрочную бороду и завернул на голову. Очередной огненный удар полыхнул под телегу, но на этот раз борода показала себя неплохой защитницей.
Я конечно хорохорился — удары огогоней, что доносились до нас волнами огня, были не прямыми, но и они изрядно припекали даже сквозь асбест так что регенерация едва успевала отлечивать.
Заметив вымученную улыбку Кассиди, что отреагировала на мой маневр с бородой, я скрипнул зубами, захотелось вообще выдрать чертову бороду, да отдать ей, для дополнительной защиты. Видно это отразилось у меня на лице, поскольку девушка вновь старательно улыбнулась, показывая, что «все нормально, и совсем не жарко», потом нахмурилась и ткнула в сторону телег.
Я глянул и зачертыхался, заметив вновь загоревшиеся борта и колеса транспорта, стоявшего ближе к эпицентру взрывных заклинаний. Я крикнул в ухо гномке, перекрывая не прекращающийся грохот:
— Как цветочки сгорят, думаю огненные икринки вернутся в мир. Для этого огогони тут так и напрягаются. И торопятся, потому что захваченные в венчики — гаснут. Подождем, когда большая часть их будет освобождаться, да уползем отсюда. Не знаю, чем думал, что остался здесь не послушавшись интуиции…