— Ну ладно,— уже вслух сказал я. — С перспективами мы все прояснили, расскажи теперь, чего ты хочешь от меня, как специалиста по травам.
— Мне нужно приворотное зелье, — призналась девушка.
Не скажу, что мне это было приятно слышать, впрочем, как и суждения о бесперспективном челе. Даже слегка кольнула ревность.
Взяв себя в руки, спокойно сказал:
— Наташа, я не умею делать приворотное зелье, и сомневаюсь, что оно действительно существует..
— Неправда, — возмутилась та. — Мне вчера о нём рассказала одна женщина, она врать не будет. Её подруга у твоей бабушки это зелье покупала.
— Ну, Роза Павловна! Погоди! — мысленно пообещал я кадровичке свою мстю.
— Так она покупала у бабушки, а не у меня, возможно бабуля и знала, как его делать, но мне ничего не рассказывала.
Наташа разочарованно посмотрела в мою сторону. А меня так и подмывало спросить:
— Если бы знала, что я не умею готовить приворот, так и ко мне бы гости не заглянула?
Естественно, я этого не спросил. В постель мы больше не возвращались. После кофе по очереди сходили в душ. После душа, оделись, и я отправился вызывать такси с уличного телефона-автомата. Через десять минут Волга с красным огоньком подъехала к дому, я поцеловал Наташу в щечку и, посадив в машину, вернулся домой.
Хотя мы договорились с девушкой о следующей встрече, особого душевного подъема я не испытывал. Всегда неприятно узнавать темную сторону людей, о которых ты думал только хорошее.
Таким у меня осталось в памяти воскресенье четвертое июня 1967 года.
Глава 25
Собственно, пятое июня тоже отметилось в моей памяти.В понедельник у нас прошел последний урок латинского языка. Кое-кто из девиц не на шутку волновался, хотя экзамен по латыни нам не грозил. Но зачет получить у нашей «Воблы» тоже было непросто. Я же с легким опасением ожидал этот урок совсем по другой причине.
В конце занятия Людмила Викторовна огласила список везунчиков, тех, кому зачет шел автоматом. Таких у нас оказалось большинство. Лишь нескольким девушкам придется встретиться с преподавателем еще раз.
Меня же учительница вновь попросила задержаться.
— Витя, вы знаете, ваше средство сотворило чудо! — воскликнула она, когда мы остались вдвоем. — Никогда бы не подумала, что это возможно. Лена страдает псориазом уже восемь лет, но нынешнее обострение было самым тяжелым. А ваша мазь справилась с ним за сутки. Представляете!
В ходе дальнейшего разговора преподавательница начала меня убеждать в том, что я не должен держать в секрете свои знания, ведь тысячи больных нуждаются в подобном лекарстве.