— Из-за чего-о-о? — взвыл Дарэн, будто я о падении мира заикнулась, а не о мифическом таинстве, которое, кстати, сама еще не придумала. — Он лишил тебя девственности?

— Э-э-э… — протянула я, скосив взгляд на старшего Хэйса. Интересно, можно ли потерять то, чего уже года три как нет?

— А если и так, тебе, брат, какое дело? — спокойно поинтересовался Аарон, поцеловав меня в макушку. — Кто дал тебе право вламываться в мою спальню, тем более когда я тут не один?

— Так ты же всегда один… был, — последнее слово Дарэн произнес значительно тише предыдущих, а я не смогла сдержать довольную улыбку, узнав, что в свою постель мой лорд никого раньше не пускал. Приятно быть единственной, да… Особенно если не вспоминать, каким путем я сама сюда попала.

— Был, — согласно кивнул мерсир, тряхнув влажными волосами, длинные пряди которых холодили мне плечо, — больше не буду. Да, колючка? — Он приподнял пальцами мой подбородок, вынуждая взглянуть на него.

И что ответить? Согласиться — значит, признать при свидетелях, что мы теперь любовники. Оно мне надо? Возразить… а смысл, если Дарэн уже сделал свои неправильные выводы. Или все-таки правильные? Шипы им всем под мышки, что тут было-то⁈ Где граница между сном и явью? Потому что, если подумать, снилось мне много разного и все больше эротического. От воспоминаний о некоторых сценах предательски вспыхнули кончики ушей, торчащие из копны спутанных волос. Когда же Аарон коснулся губами правого, заалело еще и лицо. Со стороны я, наверное, и выглядела перепуганной девственницей, которую застукали в постели возлюбленного. А может, пусть? Что я там плела про инициацию? Надо же как-то спасать репутацию, почему не выдумать особые традиции фейри?

— Видите ли, милорд, — натянув покрывало до самого подбородка, я тяжело вздохнула и «призналась»: — Мы, феи, существа, отличные от обычных людей и магов вашего мира. У нас свои незыблемые правила, основанные на особенностях дара. Раз в год на пике пробуждения природы, который совпал со вчерашним днем, каждая из нас выбирает подходящего мужчину и проводит с ним ночь. Это обновляет нашу магию, очищает связующие с миром потоки силы и… и… — Я закусила губу, силясь придумать что-нибудь этакое, чтобы окончательно запутать эррисара, настроив его на мысль, что я вовсе не гулящая девка, прыгающая в постель к первому встречному, а жрица иномирного культа.

— И привязывает фею к ее избраннику, — закончил за меня Аарон.

— Да! — кивнула я быстрее, чем осознала смысл им сказанного. — То есть нет!

— Так да или нет? — прищурился Дарэн, сложив на груди руки. — Вы уж определитесь, какую байку людям рассказывать станете.