У Сани все было более радужно, но и он уткнулся в свой потолок. Ему, в отличие от меня, легко давалась работа с сырой силой. Он мог быстро и с минимальными затратами праны создавать магический щит или метнуть заряд энергии в противника, а вот с остальным были проблемы.

Если мой Исток представлял из себя колодец неструктурированной маны, то его напоминал толстую связку удавов. Через эти жгуты сила лилась мощно и широко, но вот придать ей форму или как-то толково использовать ее, кроме как просто выплеснув, у него не получалось. Он это описывал, как попытку завязать шнурки замерзшими руками. В общем, тонкие манипуляции с потоками энергии были не его профилем.

Хотя были и определенные успехи: он научился обвивать свое тело кольцами из этих самых жгутов и через них накачивать его силой. Эффект был просто на загляденье. Его будто окутывала пелена тьмы, и он почти исчезал из виду. Если бы не мое новое зрение, наверное, не смог его разглядеть.

Утро плавно перевалило за обед, и мы уже собирались прощаться, когда старая ведьма что-то пробурчала себе под нос и остановила меня.

— Витя… Вот на это посмотри, — Анна Григорьевна протянула мне стопку распечатанных листов.

— Что это?

— Информация, шаман. Информация. Зачастую за такую убивают.

— И, судя по вашему голосу, тут без смерти тоже не обошлось?

— Правильно, смерть ты и вправду стал чувствовать хорошо. Это подарок моей студенческой подружки — Агафьи. Такую вещь, при жизни, она бы мне никогда не отдала, знала про меня много чего. А вот после ее смерти пришло мне письмо. Видимо, чтобы в еще более плохие руки не попало.

— И что там?

— Ее исследование по Аен Сидхе в Сибири. Так вот, мальчик, из этих бумаг следует, что в России есть как минимум три «Полых холма», или «The Hollow Hills», как их называют в Англии. Тебе я это отдаю только потому, что один из них находится около Новосибирска. Дорог ты мне стал за последнее время… — Анна Георгиевна ненадолго замолчала. — Что смотришь своими бурколками?! Спасибо скажи и вали на все четыре стороны!

— Спасибо.

* * *

— Георгий Семенович, ну почему у вас мертвец поднимается сильный, активный, почти полноценный упырь, а у меня доходяга?

— Все дело в таланте, Гриша. Ты и так достиг серьезных успехов: медитации и постоянные тренировки раскачали твой источник, и теперь ты некромант, хоть и слабый. А я рожден с талантом к этой магии. Вот только тебе сможешь обучиться любой магии и использовать разные виды, что для меня закрыто. Сила некроманта не любит другую магию, вот и приходится работать только с мертвецами.